Бегство из Одержания

Ее Нава послушалась.

Одежду мама бросила на землю. Нава хотела подобрать, потому что одежду просто так на землю не бросают, ее надо разрезать и посадить, только тогда вырастет новая…

– Оставь! – Мама взяла Наву за руку. – Идем!

Они вошли в озеро, сделали несколько шагов, пока вода не дошла Наве до пояса.

– Ложись! Во славу демиургу!

Нава легла. И поняла: вокруг не вода. Потому что вода не бывает такой мягкой и ласковой; и от нее становится хорошо, но не так, как сейчас, будто мамина рука стала вдруг большой-большой и касалась не только руки, а всего тела, и даже лица, которое в воде не купалось… А потом к Наве пришел сон.

* * *

Проснулась она другой.

Мир вокруг сделался совсем не страшным. Лес вокруг был теперь – не родной дом, где можно было выращивать горшки, кормить Молчуна и болтать о разных разностях, бесконечно, бессмысленно, увлеченно, будто двигаясь по замкнутому кругу. И не обиталище многочисленных врагов, от которых следовало прятаться – опасного мха, о котором Колченог говорил, что это и не мох вовсе; бородатых воров, вооруженных громадными суковатыми дубинами; ломконогих неуклюжих рукоедов; мертвяков, окрашенных в желтый, синий и прочие цвета радуги, какой тут никто никогда не видел, но о которой Нава отныне почему-то знала.

Нава приняла вертикальное положение, коснулась пальцами дна.

– Добро пожаловать! – сказала мама. Она уже не держала дочь за руку.

Вышли на берег бок о бок, как равные.

– Добро пожаловать! – сказала толстая, держа в руках желтое мешковатое одеяние. Впрочем, теперь она для Навы толстой не была, просто в чреве женщины зрела новая жизнь. – Меня зовут Аля… Поздравляю тебя, милая! – Это беременная сказала уже Навиной маме. – Во славу демиургу, для зачатой от козлика она сверстана весьма недурно.

* * *

Снова в Созидалище Нава оказалась через три года. В других-то озерах она купалась ежедневно, но в этом санитарно-гигиенических ванн не принимают.

За прошедшее время случилось многое. Каждодневная работа с Воспитательницами сменилась первыми попытками управлять. Из лилового тумана выходили полчища Навиных творений – лесных ос, рукоедов, гиппоцетов, волосатиков. Сперва они получались неказистыми и неработоспособными, их приходилось возвращать назад, обращать в исходную протоплазму и переконструировать. Воспитательница терпеливо ждала, советовала, подправляла.