Конь в малине

Поскольку это трио было старше нашей пары на три четверти века, я уважительно коснулся коленом Ингиного бедра. Бедро было горячее и упругое. У меня тут же появилось свое горячее и упругое, но время для таких аргументов еще не наступило.

Мы выпили еще, и я признался, что местные вина не так уж и плохи. А женщины – и вообще мечта!..

– Ты успел узнать многих женщин? За день?

– Успел. Правда, не столь близко, как мне хотелось бы узнать одну из них.

Теперь Ингино колено коснулось моего бедра.

Воодушевленный этой маленькой победой, я выдал еще один текст про Билла и Монику (на Билла, доживающего отпущенный ему век на фамильном ранчо в Арканзасе, наверное, в этот момент напала такая икота, что он подумал, будто за ним наконец пришла смерть).

Инга тут же ответила анекдотом про их последнего президента и певичку Люлю.

Когда я, наконец, отхохотался и вытер слезы, официант притащил пельмени.

Я тут же вспомнил родных пенсильванских цыплят с трюфелями и брокколи, но пельмени – национальное русское блюдо, и не отведать их значило нарваться на международный скандал.

Впрочем, хуже цыплят они оказались совсем ненамного.

Мы выпили еще, но, помня о завтрашнем дне, я уже принялся соблюдать меру, делая один глоток там, где в другое время сделал бы пять. Зато наши колени касались друг друга едва ли не с частотой дыхания, и каждый раз между ними будто искра пробегала.

Потом были еще анекдоты, фрукты, опять анекдоты, мороженое, чуть-чуть вина. Юношеские фантазии колобродили так, будто у меня не было женщины по крайней мере месяц (Лили, с которой я спал в пятницу, за такую мысль снесла бы мне верхнюю голову).

Когда Инга расплатилась за ужин, я, едва не приплясывая от нетерпения, спросил:

– Поднимемся ко мне или возьмем такси и поедем к тебе?

Она вскинула на меня возмущенные глаза:

– В первый вечер я не ложусь даже под американского детектива, мистер!

Такого облома я не ожидал. Оказывается, сучка просто играла со мной весь вечер, будто с мальчиком.

Впрочем, кто платит, тот и музыку заказывает, с какой стати я решил, что имею на нее права! И вообще слово клиента – закон!

Оставалось проводить ее до такси и снять одну из обретавшихся в холле отеля ночных бабочек, не думая о том, как я проведу потом эти расходы в отчете. Однако едва мы вышли из ресторана, Инга направилась прямиком к лифтам.

Она и в самом деле не легла под американского детектива. Потому что все время была наверху.