Второй шанс

Разговор с Верёвой никак не шёл из головы, и я всё пытался понять, что стоит за исчезновением парней. Вот, оно мне надо? Злился на себя, но ничего не мог поделать. Слишком странно всё это было. И, почему я никогда не рассматривал этот вопрос с такой стороны? До этого, как-то равнодушно воспринималась новость о том, что кто-то, вдруг, пропал. Мало ли? Ушли куда-то. В этот шалман попасть было сравнительно просто. Но выйти отсюда – нереально. Вован со товарищи всё равно отыщет и назад вернёт. А эти смогли. Так и не нашли их.

Или, кто-то им помог? Скорее всего. Без чужой помощи такое провернуть невозможно. Но, зачем? Что можно взять с опустившегося на самое дно бомжа? Тем более, с такого, как Грешник, пускающий слюни, со скрюченной правой рукой, и волочащий почти непослушную ногу? До этого, я воспринимал свою жизнь, как что-то само собой разумеющееся. Но, сейчас, всё убожество моего существования предстало передо мной во всей красе. И мне, вдруг, стало нестерпимо стыдно и больно. Действительно, лучше бы я погиб там, в Афгане.

Неожиданно, я поймал себя на том, что бездумно пялюсь на какое-то свечение в дальнем углу.

Свечение становилось всё ярче, освещая комнату так, как обычно бывает при полнолунии. В самой середине, вдруг, появилось тёмное пятно, которое, разрастаясь, стало превращаться в силуэт человека. Я икнул от испуга, мимоходом подумав, что палёная водка до добра не доводит, и начал усиленно моргать, пытаясь прогнать наваждение. Наваждение, однако, никуда не пропало, а, приобретя объёмную форму, шагнуло в комнату и направилось прямиком ко мне.

А, вот, тут меня реально проняло. За свою жизнь бояться мне часто приходилось. И, казалось, что испугать меня не так и просто. Но, в этот момент, каждая волосинка на моём теле встала дыбом.

И, хоть бы кто проснулся! Храпят, как ни в чём не бывало. Никакой бдительности. Так и передушить всех – раз плюнуть. Или, выпить всю жизненную силу. Не знаю, что там призраки делают с живыми людьми. Что-то мне в голову всякая ерунда лезет. От страха, наверное.

Это со мной бывает. Помню, когда нас в Афгане миномётным огнём накрыло, я лежал и, рассматривая подошву ботинок Серёги, лежавшего передо мной, и думал о том, что ему давно нужно каблуки подбить. Тут, взрывы, осколки с визгом разлетаются, дышать от пыли и пороховой гари нечем, а я о каблуках озаботился.

Силуэт подошёл к моему топчану и присел с краю, от чего доски неприятно скрипнули. Получается, он вполне осязаем, раз вес имеет. И, вес немаленький.