Причастие мертвых. Тарвуд-1

– А как старая кровь связана с тем, что Эрте выпендривается? – Мартин откинулся на спинку кресла, потер виски. Сил уже не было разбирать этот почерк. Лэа может прочесть, вот и пусть читает, тем более что ей и самой интересно.

– Да у вас все с кровью связано. Все понты, ахъ, я не человек, я исчадие зла. Господин Эрте кровь пьет, я видела. А зачем? Ему это не надо, он же обычную пищу может есть. Заноз, – она помахала рукой появившемуся в дверях упырю, – ты можешь обычную пищу есть?

– Этого вопроса в анкете не было.

– Я для себя спрашиваю, а не для анкеты.

– Что значит обычную? – Заноза, не снимая плаща, прошел через кабинет и сел в свое кресло.

– Человеческую! – Лэа взглянула на Мартина, закатила глаза. – Человеческую еду! Картошку там, бифштексы… ты же англичанин? Что у вас едят? Овсянку, например?

Размазанный мейк добавлял Занозе выразительности: взгляды получались до того красноречивыми, что, наверное, упырь мог вообще не разговаривать, а только смотреть. Сейчас он показался таким растерянным и озадаченным, что Мартину его даже жалко стало.

– Я не могу есть человеческую пищу… я, правда, не уверен, что правильно тебя понял. Я же вампир, вампиры пьют кровь.

– А ты пробовал? Откуда ты знаешь, что не можешь?

– Нет, я не пробовал. Мне противно. Лэа, видишь ли… – в тоне Занозы ясно слышалось непроизнесенное «как бы тебе объяснить-то такие простые вещи?» – во мне такая старая кровь, что ничего от человека не осталось сразу после афата. Некоторые вампиры сохраняют в себе людей, и они могут есть человеческую еду, только не могут ее усваивать.

Им нравится вкус, запах… что там еще? В общем, что-то, ради чего они готовы терпеть необходимость избавляться от съеденного, прежде чем оно начнет портиться, или готовы пережигать кровь на то, чтобы пища превратилась в какие-то крохи силы. Я ничего человеческого не сохранил – мой ратун был слишком старым для этого, и он сам давно уже стал нелюдем, поэтому мне интересна только кровь.

– И ты тоже выпендриваешься, – подвела итог Лэа.

 – Мартин, я тебе вот об этом и говорила. Мы нелюди, мы пьем только кровь, ахъ, мы исчадие зла!

– Но ведь не добра же, – сказал Заноза резонно. – Демоны и вампиры, какое же это добро?

– Да ну вас обоих, – к разочарованию Мартина, Лэа соскочила у него с колен и пересела на стул рядом, – давайте лучше посмотрим, что там господину Эрте надо. Кроме старой крови, – она фыркнула. – Там точно было что-то про вампиров.