Премия Дарвина

Или это была одна неимоверно длинная лестница, словно змея, многократно перекрученная в пространстве и ухватившая себя за хвост? У Лиды внезапно закружилась голова, она схватилась за какого-то старика в дешевом синем костюме, почувствовала идущий от него удушливый запах формалина, которым явно пытались заглушить запах мертвого тела, отшатнулась и грохнулась прямо на ступеньки. Питбуль налетел на нее, едва не упал и досадливо пробормотал неразборчивое ругательство.

Этой заминкой воспользовалась Кира, которая протиснулась мимо Питбуля и Лиды и догнала куратора.

– Простите! – произнесла она, тронув его за плечо.

Куратор не остановился, но стал подниматься чуть медленнее.

– А они все… тоже? – расплывчато спросила Кира, стараясь не смотреть на людей, стоящих на лестнице.

Куратор глянул на нее из-за плеча.

– Умерли? Да, сегодняшняя смена.

– А почему мы не с ними? Не в общей очереди? – продолжала допытываться Кира.

Куратор притормозил, снова посмотрел на Киру, задумался…

– И то, и другое, – пояснил он и продолжил свой путь наверх.

Кира удивленно смотрела в его спортивную спину. Миленький у них куратор! На простой вопрос внятно ответить не может. Она бы за такое уволила, на раз-два.

– Чего стоим? – наткнулся на нее идущий сзади Саныч.

Кира, не удостоив его взглядом, подобрала полы платья и продолжила подниматься по лестнице.

Вовчик, бредущий по лестнице последним и не обративший внимания на некоторую заминку, вглядывался в лица стоящих на ступенях людей. В этой странной больнице слишком много пациентов…

– Куда без очереди? – догнал его гневный возглас.

Вовчик обернулся – из плотной шеренги тел, на пару ступеней ниже, высунулась грузная носатая старуха, в длинном, до пят, засаленном махровом халате.

– Чего уставился, сопляк? – поинтересовалась склочная морщинистая маска. – Куда прешь, говорю?

Вовчик открыл рот, закрыл.

– Мы тут вона, сколько торчим! – продолжала скандалить старуха, пытаясь взбодрить сонную общественность.