Девчонка с изнанки

Вернётся командор, и моя безопасность будет зависеть только от него.

– Я тебе хочу сказать кое-что. Отнесись спокойно, если сможешь, – проговорил Шокер. – Не надо было тебе ни о чём просить командора.

– А кого мне просить? Тебя, что ли?! – разозлилась я. – У меня другого брата не будет, Шокер. Уж какой есть, ничего не поделаешь. И мне надо, чтобы он жил.

– Но командор ничем не поможет. Кроме этой недели отсрочки, он ничего делать не будет.

– С чего ты взял?! Я же просила, он мне не откажет. Он попытается.

– Он не станет, – угрюмо возразил Шокер. – Я давно его знаю…

– Представь себе, я его тоже давно знаю!

Шокер тяжело вздохнул:

– Тем более. Тогда успокойся и прислушайся к себе. И признай, что Йан не станет ничего делать, если это может угрожать его карьере. А заступаться за Тайлера – это огромный риск для человека его положения. Знаешь, сколько знатных гатрийцев мечтает занять этот пост? Одно неверное движение, и командор лишится всего, и былые заслуги ему не помогут… Он тебе ведь и не обещал ничего.

Зато тебя заполучил. Это он из тебя клещами вытянул, что вернёшься к нему, а сам ничего не обещал…

– Заткнись!

Шокер замолчал. Мне не хотелось думать о том, насколько он прав. Скорее всего да, ничего из моей затеи не выйдет.

– Даже если только неделя, Шокер, оно уже того стоит. У каждого есть кто-нибудь, ради кого пойдёшь на что угодно. У меня никого не было, теперь есть. И не лезь ко мне с советами, я их у тебя не просила, и не попрошу! Спасибо тебе, что привёз меня сюда.

Но уходи и больше не возвращайся. Мне не нужен друг на неделю… Я тебе благодарна за заботу, но я же вижу, что у тебя в голове только приказы, как тумблеры. Где щёлкнет, туда и бежишь. И вообще, какая тебе разница, что со мной будет?!

Шокер наклонился надо мной:

– Я вижу, в какую ловушку ты угодила. Я знаю, что такое для женщины с изнанки быть в рабстве у гатрийца…

– И что? Что мне с того? Ровно неделю будешь сочувственно сопеть мне в ухо, а потом?

Он протянул ко мне руку.

Я не поняла сразу, зачем, но он, вроде бы, собрался меня обнять.

– Да иди ты к чёртовой матери!!! – завопила я, ударив его по руке.

Он выпрямился и тяжело вздохнул:

– Ты вымоталась за сегодня. Попробуй выспаться, это должно помочь. Звони, если понадоблюсь. Спокойной ночи.

Он вышел из номера, и я осталась одна в просторной тёмной комнате.

Я поднялась на ноги и встала на то место у окна, откуда Шокер смотрел на площадь.

Сергельс-торг пустела.