Год Лемминга

Год Лемминга

Александр Николаевич Громов

К середине XXI века стало ясно: кто-то должен сделать так, чтобы на Земле все-таки можно было жить.

Для борьбы с глобальными эпидемиями, бушующими на планете, была создана всесильная Санитарная Служба. С ее помощью удается сдерживать распространение самых страшных вирусов и возбудителей смертельных болезней. И когда мир внезапно охватывает загадочная пандемия самоубийств – причудливых, нелепых, жестоких, – именно Санитарная Служба пытается локализовать и погасить вспышку таинственного заболевания.

Функционер Службы Михаил Малахов, руководящий поиском причин пандемии, докапывается до истины – и это делает его изгоем, загнанным зверем, которого яростно преследуют бывшие коллеги: правда слишком невероятна и не должна быть обнародована ни при каких обстоятельствах…

Александр Громов

Год лемминга

ГЛАВА 1

Ненормальный

…Фундаментальное условие жизни – насиловать собственную сущность.

    Филип К.

Дик

Все-таки интересно: что чувствует охотник, видя, как волк – и совсем не матерый – перепрыгивает через флажки?

…Кувырок. Ногой успеваю толкнуть дверь. Плотнее закрыть глаза веками и руками, заткнуть уши, а рот, напротив, раззявить до боли, до хруста связок…

Вспышка! Фиолетовый кинжал бьет из щели под дверью – сквозь ладони, сквозь веки. Ошеломляющий удар пробует на разрыв мои барабанные перепонки. Чудовищно. Гул в голове, цветные медузы в глазах… Не слышу, но чувствую, как на этаже осыпаются чудом уцелевшие оконные стекла.

Полсекунды – прийти в себя. Интересно, водились ли тараканы в этом доме? Мир их праху.

Еще минута – самое большее – такой обработки, и до меня доберутся, в какой бы отменной форме я ни находился. Должны добраться. Люди делают свою работу как положено – упорно и размеренно. Спешить им в общем-то некуда. Если меня не возьмут здесь, то, на крайний случай, выдавят с четвертого этажа на пятый, далее на шестой, а над седьмым только чердак и плоская крыша – сохранилось же близ центра Москвы этакое маломерное панельное чудо! Похоже, меня специально загнали сюда: здание и прежде не было жилым, а теперь и вовсе назначено к сносу; в выстуженных объемах не соблазнится заночевать самый неприхотливый бомж.

Удобно!

А любопытно: как долго меня пасли, прежде чем попытаться взять?

Наверно, не больше нескольких часов – с той самой минуты, когда я почуял неладное.