Девчонка с изнанки

На этом минута откровений закончилась, забыли… А никаких поблажек от командора мне не будет, потому что нет больше никакого особого отношения, запомни это. Ещё раз на это намекнёшь – в глаза вцеплюсь.

Шокер нервно моргнул:

– Да, ты можешь, пожалуй. И что мне с тобой делать?

– Да ничего. Пусть мне Тайлер ещё раз голову размозжит, поделом.

Шокер вздохнул:

– Всё это замечательно. Только мне нужен работоспособный проводник. Я всё равно скоро возьму Тайлера, и мне понадобится отправить его на поверхность.

– Отправлю я тебе его на поверхность, что ты переживаешь?! – выкрикнула я. – Взялась – значит, отправлю!

Я резко отвернулась от Шокера, и меня мотнуло. Он поддержал меня за локти, я вырвалась.

– Да дай ты волю своей истерике, – раздражённо сказал Шокер. – Я это как-нибудь переживу, но тебе надо что-то с этим сделать. В таком состоянии ты мне не нужна. Мне нужен адекватный человек. Пусть неосторожный и неопытный, но вменяемый.

Я молча смотрела на синюю гладь озера Мелларен.

Руки Шокера вдруг обхватили меня за плечи, он крепко прижал меня к себе и, покачиваясь вместе со мной из стороны в сторону, заговорил нараспев:

– Куда идём мы с Пятачком? Большой-большой секрет…

– Что?.. – я задохнулась в его руках. – Что?! Сволочь… Какая же ты сволочь!

– Тс-с-с-с… Тихо… – он наклонился и зашептал прямо мне в ухо. – … И не расскажем мы о нём, о, нет, и нет, и нет…

Как когда-то маленькая девочка горько плакала от страха и боли, заблудившись в тошнотворном пограничном слое, так и я теперь рыдала в голос, только совершенно непонятно, отчего.

Шокер мурлыкал песенку по кругу, как заевшая пластинка, и терпеливо ждал, когда я успокоюсь.

– Да замолчи же ты! – взмолилась я, наконец.

Он примолк и перестал меня раскачивать.

– Зачем… Зачем тебе понадобилось меня морочить?

Он промолчал.

Я провернулась в его руках и, задрав голову, посмотрела ему в глаза:

– А шрам?

– Мне его свели давным-давно. У ловца не должно быть особых примет.

– Ты ведь не гатриец.

– Я гатриец, – устало возразил он.

– Нет. Гатрийцы попадают сюда уже взрослыми. Даже если они смотрят наши мультики, они не помнят песенок. Им ни к чему. Ты не гатриец, Шокер.

– Давай договоримся, Апрель… – он тяжело вздохнул.