Шарада мертвеца

 – Да, Гаврила требовал заводик в полное владение ему отдать или перекупить хотел. Еще говорил, мол, раз семьей с его дочерью обзаводиться собирается, то бишь со мной, то для папеньки будет честью такой подарок нам сделать.

– Так, а к какому рангу, то есть к купеческой гильдии, относился Гаврила?

– Ко второй.

– Так, так. А отец его был в первой?

– Разве это имеет отношение к его смерти?

Де Конн хмыкнул, отставил свой бокал, встал и прошелся по гостиной.

– Возможно, нет, но… Объединение или подъем капитала могли выдвинуть Гаврилу к первой гильдии, которая открывает путь к кяхтинской торговле[39 - Торговля с Китаем], ведь отец Гаврилы был из Сибири, а значит, семья его пути в Китай знала.

– Ох, сложно это все для меня, – Татьяна поджала под себя ноги и сложила ладони на коленях. – Кто его знает.

Маркиз взмахнул рукой и развернулся на пятках.

– Приехал он в девятом году, так?

– Двадцать седьмого мая, – не упуская хода мыслей собеседника, уточнила девушка.

– Отец его к тому времени умер. Так?

– Ну.

– Вами он, собственно, не интересуется, но требует вашу руку и… заводик. Верно?

– Ну.

– Теперь все эти факты можно связать с указом, вышедшим в начале девятого года об изменении круга людей, входивших в общий капитал каждого купца в отдельности, от которого, собственно, и зависела принадлежность к той или иной гильдии. Он был значительно уменьшен. Так, доходы братьев и родственников купцов вышли из общего капитала, став раздельными, после чего, я допускаю такую мысль, Гаврила оказался неспособен внести гильдейский сбор[40 - Сбор в государственную казну привязывался к проценту от величины объявляемого капитала купца той или иной гильдии] только из своих собственных средств и выпал из первой гильдии.

– Ну? – ничего не понимая, буркнула Татьяна. – Вы, что торговлей занимаетесь?

– Нет, – без смущения соврал маркиз, – но как врач я частенько служил на торговых судах… Проще говоря, после девятого года наш Гаврила был отброшен во вторую гильдию и потерял возможность вести дела в Сибири со всеми ожидаемыми прибылями.

– Так он на себя одеяло тянул?! – наконец догадалась Татьяна. – Вы думаете, папенька мой как-то с его смертию связан?

Маркиз с ответом не спешил. Он прошелся по гостиной, потирая подбородок.