Любовь без гордости. Я знаю – ты мой!

– Вы вмешались в ход инициации? Что такого вы сказали, что она позволила издеваться над собой?

– Да очнитесь же, упрямая вы девчонка! И хватит думать лишь о себе. Полагаете, ваша ненависть не сыграла роли? Вы одарены талантом не только к магии крови, но и к ментальной! Вы хоть понимаете, каким образом ваше негодование и обида сказались на остальных?

– Вы пытаетесь убедить меня, будто думали о наших сестрах по клятве? – прошипела. – О нет! Тут нечто иное. Судя по всему, только со мной должно было что-то произойти, потому что я в непосредственной близости от Сициллы.

– Да! – выдохнул Зейн. То ли не выдержал моего напора, то ли его тоже все достало. – Да, ваша жизнь и преуспевание важнее, чем благополучие всех сестер, вместе взятых. Но допустить ошибку вам никто не позволит.

– Что?

– Вы разумная девушка, леди Алиса, – наследник смотрел жестко, – и прекрасно понимаете, что Тай Авраз – единственный, кто посмеет прикоснуться к вам. Единственный, кого вы познаете как мужчину. Я лгал вам, чтобы вы не воспользовались правом замены.

– Не могу – что?..

– Потребовать замены демона для инициации, – сообщил он спокойно. Я лишь диву давалась, как сумел сдержаться, когда пару секунд назад практически пылал от ярости. – Теперь, даже зная правду, никто не станет…

– Стоп! – остановила поток пламенной речи. – В эти три дня я могла перевернуть ваш дворец вверх дном и все-таки пройти инициацию. Мое воспитание сыграло со мной дурную шутку. Я не пожаловалась тетушке Мири, а та и рада, раз ничего мне не объяснила… а может, вы и ее обманули.

– Вы решили, что имеете право меня контролировать, что лучше меня знаете, что мне нужно. Вы вдруг осознали, что с моим появлением можете в корне изменить ситуацию в империи. Это благое дело, – усмехнулась, – тут даже спорить не стану.

– Я знал, что вы умны, леди Алиса, и со временем сумеете понять наши мотивы.

– О, конечно, понять, принять, простить.

– Выписать? – удивился Зейн. – Мы не рассчитываем, что вы станете нас благодарить. Не в ближайшее время точно.

– Ну да, выписать, – покивала. – Сердечно поблагодарить за то, что не позволили мне принимать решения, от которых, по вашим заверениям, я могла плакать в подушку. Не дали оступиться, привлекли для сохранения моего разума и силы подругу, предоставив возможность пожертвовать собой.