Романовы

Но скоро он будет в постели и в спокойном месте… на тот срок, на который большевики позволят нам остаться.

Пожить.

Я прижала руку к матрешке, все еще лежащей в корсете с драгоценными камнями. Мы выживем. У меня есть ключ.

Заш выглянул из-за занавесок и открыл одну из них. Лучи света, пробивавшиеся сквозь тучи, отражались от снега; на секунду меня ослепило, но я не отвернулась, наслаждаясь солнцем.

– Вот оно, – показал солдат пальцем.

Экипаж миновал частокол из напиленных бревен и телеграфных столбов высотой около трех с половиной метров.

Ипатьевский дом, с белыми оштукатуренными стенами, резными дверями и оконными рамами, был выдержан в классическом русском стиле. Он оказался значительно меньше губернаторского дома в Тобольске. Липы затеняли часть дома и улицы, но вышагивающие вдоль стен караулы портили его естественную красоту.

Мы подкатили к подъезду дома 49 по Вознесенскому проспекту. Тяжелые деревянные ворота внутреннего двора захлопнулись позади.

Мы оказались в крепости.

Никто не выбежал из дома, чтобы поприветствовать нас. Вместо этого Заш начал выводить нас по одному. Сначала пошла Ольга, потом Татьяна, только затем настала моя очередь. Заш распахнул дверь и взял меня за руку, чтобы «повести» в дом, хочу я того или нет. Будь у меня силы, я бы сама потащила его за собой.

Мы прошли пост охраны, а затем вошли в дверь. Несмотря на холод снаружи, в доме было душно и темно. Сначала я не понимала причины, но, попытавшись выглянуть наружу, увидела, что все окна закрашены.

Солдат-большевик обыскал меня. Он был чрезвычайно тщателен, но избегал области груди, что я сочла уместным. Ах, сила быть женщиной.

Он выпрямился и посмотрел мне в глаза.

– Мы получили телеграмму, что вы украли магический предмет у коменданта Юровского в Тобольске.

Я упала духом, а мой усталый и холодный разум начал лихорадочно искать ответ.

– Украла? Магический предмет? Я не понимаю, о чем он говорит.

Я нашла одну из игрушек моей бабушки в его вещах. Для меня это память… сентиментальное воспоминание.

– Что с ней произошло?

Я постаралась ответить эмоционально.

– Охранники забрали, когда я ехала в поезде.

– Кто из охранников?

– Откуда мне знать? Один из них был одет как большевик.

Его губы сжались.

– Ваши вещи будут тщательно обысканы.

У меня перехватило горло. Я покорно кивнула.

– Конечно. Исполняйте свой долг.