Вольный стрелок

 – А куда это он, по-твоему, мог деться от своего пейджера?

Логика железная, машинально отметил Свиридов: не куда это он мог деться, а «куда это он мог деться от своего пейджера?». Поняв, что от Маркова большего не дождаться, он на всякий случай заметил:

– Ну ты все-таки, Валера, пошарь там по своим каналам… вдруг, в натуре, что-то серьезное.

– Ты лучше еще раз его поищи, – посоветовал Марков, – а я тут пока кое-какие свои дела улажу. Один брателло тут кипешует… думал тебя позвать, да потом передумал.

– Много ему чести? – насмешливо поинтересовался Свиридов. – Ну ладно, счастливо тебе… бандит.

* * *

Евгений Александрович Луньков потянулся и взглянул на настенные часы. Было уже около восьми, и он подумал, что сейчас самое время аппетитно перекусить «колючую проволоку», как говаривал его старый знакомый Влад Свиридов. Этому милому и сердобольному убийце с замашками и капризами изнеженного барина было свойственно опасное чувство юмора. Как опасно, впрочем, и все остальное в нем.

Да, кстати, о господине Свиридове…

Звонок в дверь прервал размышления риэлтора. Кто бы это мог быть? Шофера он сегодня не вызывал, собирался добраться до работы на своей машине. Может… впрочем, чего гадать?

Он накинул на плечи халат и пошел открывать.

В глазке маячило очень даже миловидное женское лицо, на котором был явно написан жестокий цейтнот и настоятельная рекомендация открыть дверь.

– Одну минуту, – проговорил Евгений и начал процесс методичного открывания замков, засова и накидной цепочки. – Одну минуту…

Он распахнул дверь и увидел на пороге высокую молодую женщину лет двадцати трех – двадцати пяти, в элегантном легком осеннем пальто и стильных черных сапожках на высоком каблуке.

Луньков всегда обращал внимание на женские ножки. Равно как и на прочие детали внешности привлекательных молодых женщин. Но женские ножки – это первое в реестре истого знатока и гурмана, как полагал воротила квартирного бизнеса.

– Доброе утро, – произнесла она, – извините, что побеспокоила в такое раннее время. Евгений Александрович?

– Да, – расплывшись в приветливой улыбке, любезно ответил Луньков, – это я. Проходите, пожалуйста.