Правильный пахан

Лев действительно не имел ни малейшего понятия, что это за пакет и как он к нему попал.

Он смотрел на бумажный квадратный сверток размером со спичечный коробок и обмирал от мысли, что там может оказаться. Засоркин не был новичком в блатной жизни и прекрасно знал, что подобным образом упаковывают анашу.

«Карцер – это еще в лучшем случае. А то и довесок к сроку!» – тоскливо подумал он.

– Разверни, – ненавидяще глядя на него, приказал зам по режиму.

– Это не мое и разворачивать я это не буду, – твердо отозвался зэк.

– А может, это твое? – вопрос был задан черноволосому мужчине с серыми глазами. Как уже знал Засоркин, кликали его Крытый и он был авторитетом среди братвы. Он стоял рядом.

Постель на его шконке боец крутанул до этого. Крытый не удостоил майора ответом.

– В карцер их обоих! – распорядился зам. И конвойные повели двух зэков на выход.

Леву уже почти вывели из помещения, когда он услышал смущенный голос майора:

– Что за херь?! Стойте!

Конвоир вернул зэков обратно.

– Зачем было под матрац прятать? – непонимающе глядя на обоих, спросил зам по режиму. – Что, разве в тумбочку положить было нельзя? Оба вроде не первоходки?!

В пакете оказался самый обыкновенный чай.

Крытый и Засоркин потом перетрясли весь барак, но им так и не удалось выяснить, кто и зачем сделал эту затарку.

Но с этого дня началось их знакомство, со временем переросшее в настоящую дружбу.

* * *

От воспоминаний о своем прошлом Засоркина оторвал стук в дверь.

– Да, входите.

Дверь приоткрылась, и в нее просочился довольно молодой рослый человек в классическом темном костюме-тройке. С первого взгляда можно было понять, что это секьюрити, он же посыльный, он же лакей и так далее. Нет нужды перечислять весь круг обязанностей подобных субъектов. На лице его словно навечно отпечатались слова: «Готов служить верой и правдой своему шефу».

На сей раз бритоголовый мужчина выступал в роли посыльного: он принес телеграмму.

Засоркин взял листок в руки, быстро пробежал глазами неровные строчки, при этом на губах его высветилась довольная улыбка. Но тут, как будто только что заметив застывшего возле стола подчиненного, Лев Валентинович недоуменно вскинул брови и махнул рукой, давая тем самым понять, что тот свободен.