Москва Поднебесная

– Прошу Вас, не надо… у меня двое детей… дома, голодные…

Тут старик достал ещё один странный предмет – чёрный и плоский.

– Назови имя! – нахмурился он.

– Елисей, – обречённо отозвался до смерти напуганный незадачливый посетитель.

– Фамилия?

«Зачем ему?», – подумал Елисей.

– Елисей Нистратов.

Старик улыбнулся, будто соглашался сам с собой, открыл чёрный блокнот, который напуганный гость принял за сатанинскую библию, и стал что-то писать серебристой шариковой ручкой, показавшейся бедняге Елисею орудием убийства.

– Пятьдесят рубликов с вас, – заявил старик и захлопнул блокнот, – присаживайтесь, а то на полу неудобно.

Елисея словно ледяной водой из ведра окатили. Осознав всю глупость своего страха, он, вытаращив глаза на старика, попытался подняться и, не сумев, скосился в сторону черепа на камине.

– А как же это?..

– Что? – старик, в свою очередь, также посмотрел на камин. – Ах, это… ну, это так, для антуража. – Он заговорщицки подмигнул. – Не сомневайтесь: настоящий! Строителя одного плитой придавило на работе, тело всмятку, а голова хоть бы что.

– Да? – удивился Елисей.

– Иван Матвеев, – утвердительно закивал старик, – тридцать девять лет от роду. Такая вот судьба. Да вы его, верно, знаете. Он живописью занимался тайно, по ночам. Мечтал в галерее выставляться. Но вот незадача: не пришлось…

Елисей в ответ вытаращил глаза.

«Откуда я его могу знать?» – растерянно подумал он.

Удивительно, но сейчас голос старика не казался таким страшным и неестественным, да и сам он выглядел вполне нормально, старик как старик: лысый и в морщинах.

«Ну и осёл же я», – начал самобичевание Елисей, – расскажи кому – засмеют. Хотя… Странный старик, рано я успокоился».

Елисей Никанорович встал с пола и огляделся в поисках места, где можно бы сесть поудобнее. В углу комнаты стоял стул с высокой спинкой, и он направился туда.

– А вам ведь тоже тридцать девять?

– Что, простите?

– Ну, как и строителю, – старик кивнул на череп.

Елисей посмотрел на камин и подумал:

«А ведь тридцать девять, действительно! Откуда он знает? Или спрашивал уже?» – Нистратов наморщил лоб, что, собственно, делал всегда, когда что-нибудь вспоминал.

– Да вы садитесь, садитесь, – продолжал старик.

Елисей сел.

– Значит, сглазили вас. Так?

– Я не уверен, и потом…

– Ну как же, не иначе как сглаз: ангелы на облаках… Хотя нет, ангелы – это не у вас.