Что скрывает прилив

– Куда ты собралась? – продолжает он, игнорируя мои слова. – Должно быть, в Инвернесс.

– Рен…

– Я хочу с тобой. – Я едва не давлюсь воздухом. – Разве это так странно? – Он внимательно смотрит на меня. – У меня тоже полно причин, чтобы хотеть уйти. Более того, я не местный, помнишь?

Я качаю головой.

– Можно я просто заберу свои пули?

Рен кладет сверток обратно в карман.

– Если хочешь получить их, позволь мне отправиться с тобой.

– Росс Маррен, выброси из головы мысль о том, что я собираюсь сбежать.

Я встаю, подхожу к нему и протягиваю вперед раскрытую ладонь.

– Называешь меня полным именем. Как же все серьезно, черт побери. Только я вовсе не шучу: не берешь меня, не получаешь пули. И можешь забрать свои деньги.

Он снова лезет в карман и достает мешочек, который я ему передала и который теперь висит в воздухе, крутится то в одну сторону, то в другую. Допустим, мне не нужны эти пули. Можно взять другое оружие, не обязательно именно это. Я выброшу револьвер в озеро, отпущу его.

Однако мысль о том, что придется расстаться с револьвером, нагоняет на меня панику. На лопатках тут же выступает пот, а сердце начинает биться немного чаще. Нет, я не в силах бросить его здесь. Не могу избавиться от него. Он мне нужен. И пули для него мне тоже нужны. Не знаю почему, но это так.

– Я думала, мы друзья, – предпринимаю новую попытку.

– Так и есть. И поэтому ты должна рассказать, когда мы выдвигаемся.

От отчаянья я уже готова завыть.

– Рен, отдай мне пули или, клянусь…

– Клянусь что? – Он обводит меня взглядом с головы до ног, ухмыляется и снова прячет мешочек с деньгами. – Альва, перестань. Тебе незачем строить из себя сильную девчонку. Я тебя знаю.

В этой фразе мне слышится эхо собственных слов, произнесенных вчера на озере. Но в его тоне не звучат извинения. Напротив, парень уверен в моей капитуляции, потому что у него есть то, чего я хочу; то, что мне необходимо.

Не отдавая отчета в собственных действиях, я опускаю руку в корзину и достаю пистолет.

На секунду глаза парня расширяются от удивления, и я ощущаю триумф. Не так уж хорошо он меня знает.

Затем его губы расползаются в усмешке, а моя решимость дает трещину.