Огненное сердце

Это заставило Чарльза подумать, что, возможно, дочь его врага не совсем такая, какой он ее представлял.

Он догнал Элеонору и зашагал рядом, отметив, что пальцы ее дрожали, когда она взяла его под руку.

– Уверены, что хотите от меня честности?

– Да.

Все же Чарльз колебался. Но все, что он скажет, станет важным для принятия решения вернуться к Лотти, поможет в итоге завязаться дружбе, которая и откроет путь к тетрадям.

– Позвольте начать с того, что по красоте вы не уступаете леди Алисе.

Леди Элеонора резко повернулась к нему, глаза распахнулись, розовые губы чуть разомкнулись.

– И волосы ваши я не считаю ужасными.

Цвет их действительно был насыщенным и красивым. Его неприязнь к ней была вызвана лишь родством с человеком, которого Чарльз отчаянно ненавидел.

Леди Элеонора огляделась и окинула взглядом дорожку. К ним приближались несколько человек. Следовало понизить голос, чтобы не быть услышанными.

– Причина в вашем поведении.

Леди Элеонора молчала с таким видом, будто не слышала его.

– Вы уверены, что мне стоит продолжать?

Она резко выдохнула и кивнула:

– Да, мне необходимо это услышать.

Она права, это нужно прежде всего ей. Для того, чтобы стать счастливой, а не только для того, чтобы позволить убедить себя вернуться к Лотти.

– В обществе называют вас Снежной королевой. Да, вы прекрасно воспитаны, хорошо держитесь, говорите правильные вещи, но… в словах ваших нет joie de vivre[3 - Радость жизни (фр.

– Страсть – это вульгарно.

– Страсть необходима. Она добавляет жизни красок, волнения и перемен. Женщина, лишенная чувственности, как картина без перспективы. Ваша жизнь грозит стать однообразной чередой ужинов и суаре, смен нарядов и блюд – однажды вы перестанете различать дни. Каждый день будет скучным, вы будете смотреть перед собой с безразличием, словно в этом мире недостает чего-то, вызывающего радость.

Чарльз умолк, внезапно осознав всю резкость своей речи.

Леди Элеонора остановилась. В этом месте тень была не такой густой, и на белой шляпке появились золотистые блики. Она подняла голову, посмотрела на Чарльза и резко вырвала руку. Глаза ее блестели от слез. Он позволил себе лишнее. Он понял, что немедленно должен принести извинения, но леди Элеонора его опередила.