Карфаген

 – Тогда за работу? А что касается статуи – она здесь только по моему желанию. Хотя не спорю, фраза насчёт музея дала мне несколько идей на будущее.

Я молча кивнула, и мы, покончив с искусством, переместились в обжитую зону. Там, к удивлению, за эти четыре дня всё изменилось в ещё большей степени. Теперь у окна стоял компьютерный стол и шкаф с огромными затемнёнными зеркалами. Плюс пара кадок: из первой торчали кактусы, вторую вовсе занимала пальма. Ну и последним штрихом к обновлению офиса была фарфоровая ваза с розами.

Сдержав эмоции, я подошла к столу и элегантно опустилась в кресло. Играть так играть. Олег хотел удивить, а я рискнула ответить невозмутимостью. И преуспела – впервые во взгляде Хворцева читалась явно выраженная растерянность.

– Не любите розы? – поняв, что что-то не так, он сбросил маску прежней невозмутимости. – Что ж, извините. Видимо, мой источник требует более тщательного контроля.

– Вообще-то, люблю, – ответив на честность честностью, я ощутила некоторую раскованность. – И польщена.

– Эти цветы, – спокойно заметил Хворцев, – знак уважения и моего доверия. Я ведь всё вижу – вы, Вероника Игоревна, никак не справитесь со своей неловкостью. А у нас с вами, – он взглянул на часы, – сегодня встреча с основным заказчиком.

– Ой. Это с кем? – тотчас забыв обо всём, я от волнения вжалась в спинку кресла. – Вы не…

– Я знаю. Хотел вчера позвонить, но не решился отвлекать от отдыха.

Поток информации, обрушившийся как лавина, заставил судорожно схватиться за голову. Статуя, встреча, чёртова ваза с розами – от новой должности я ждала не этого. Но отступать, ввязавшись в смертельный бой, было и вовсе несусветной глупостью. Поэтому я покорно сложила руки и повторила свой вопрос Олегу.

– Так кто заказчик?

Шеф чуть-чуть помолчал, а после выдал нечто невероятное.

– "MT Technologies". Знаю, что вы подумаете, но мы сотрудничали ещё до Штунца. Причём задолго, – его уверенный голос был концентратом абсолютной искренности. – Ну, а теперь, с учётом всех обстоятельств, мы занимаемся и тем проектом…

– Тем – это нашим? – внутри меня что-то лопнуло и с тихим свистом провалилось в бездну.

– Тем – это нашим, – твёрдо ответил он.