Любовь в заказе не значится

Но вместо того, чтобы как нормальный бизнесмен с целой IT-империей сидеть, уткнувшись в ноутбук, или глотать кофе с телефоном у уха, он поворачивал что-то на сковороде и тихо насвистывал себе под нос прилипчивую мелодию.

– Ты точно реальный? – нисколько не смущаясь своей наготы, Ольга подошла поближе и прижалась виском к дверному косяку.

– Привет. Жрать хочу зверски. Ты случайно не знаешь, почему? – он окинул ее оценивающим взглядом и хитро, с уже знакомым Власовой прищуром, усмехнулся.

– А где повара, горничные, официанты? – Ольга ни за что бы ему не призналась, но этот вид с лопаткой в руках возбудил ее сильнее, чем вчерашний в дорогом костюме.

– Три этажа, – Варшавский открыл шкафчик с посудой.

– А если серьезно?

– Я с голыми женщинами серьезно не разговариваю, – он разложил содержимое сковородки по двум тарелкам и переставил их на стол. – Женской одежды нет, но в шкафу возле окна есть майки. Бери любую и быстро за стол.

– Даже познакомиться нормально не успели, а уже командует.

– И поживее! А то забуду, что голодный, а потом придется греть, – донеслось все тем же командным тоном в спину, и Ольгу словно теплым ветром обдало.

Все же он был нереальный. Хороший секс, приготовленный своими руками завтрак, намек на то, что не прочь продолжить ночные подвиги… Где-то в этой бочке меда должен быть деготь. Много! Чтобы как у всех – хлебнуть, и отвернуло навсегда с первой ложки.

Единственный минус, о котором удалось узнать – отказ в поцелуях – не тянул даже на пипетку того самого дегтя. Он скорее был усилителем вкуса, вызовом, на который хотелось поддаться и научить-таки этого упрямого чурбана целоваться до звезд из глаз.

Первый раз в жизни ее профессиональный нюх молчал. Как натасканная на героин овчарка, Ольга пыталась почувствовать аромат отравы, которой за много лет сама пропиталась насквозь, и ничего не понимала.

«Чисто», – единственный ответ, крутившийся в голове.

«Чисто-чисто-чисто!» – звенели тревожные колокольчики, и наперекор дикому, незнакомому желанию остаться, мозг настойчиво требовал поскорее уйти.

* * *

Игорь знал, что женщина, оказавшаяся этой ночью в его постели, здорово отличается от всех предыдущих, но то, что она явится из спальни в платье и попрощается, стало для него неожиданностью.

Дверь хлопнула, и он непонимающе уставился на вторую тарелку с фирменной глазуньей.