Один на один. Бессонница

Евгений покинул пределы свалки, он все шел и шел, почти бежал на зов. Приказ? Нет, просьбу подойти, словно кто-то обещал поведать нечто очень важное.

Внезапно все прекратилось, Евгений нерешительно остановился, огляделся: вокруг молчал глухим бурьяном забытый пустырь. Лишь издалека доносился стук колес поезда дальнего следования.

– Ну и… кто меня сюда привел? – Евгений вздрогнул, ругая себя за наивность. Но в последнее время разум его слушался через раз, все больше проваливаясь в инстинкты и рабское подчинение.

Он ждал, что перед ним предстанет «хозяин», тот, кто обратил его. И человеческое желание врезать по гадкой роже пересиливало иррациональное оцепенение раба крови.

– Adsum! Кхм, если не знаешь латыни: я здесь!

Евгений встрепенулся, словно встревоженная куропатка. Еще миг назад он в одиночестве топтался на мерзлом растрескавшемся грунте пустыря, а теперь перед ним спокойно стоял человек в черной толстовке и кожаных брюках с заклепками. Лицо с крупным острым носом белело смутным пятном под тенью капюшона.

– Кто… кто вы? – дрогнул голос Евгения. Он узнавал своего нежданного спасителя, который подарил красный плащ. Мужчина среднего роста спокойно стоял, полуулыбаясь крупными губами, опустив длинные руки. Ничто в нем не выдавало напряжения, которое предшествует нападению. Вскоре незнакомец ответил хриплым каркающим голосом:

– Имя нечасто имеет значение в мире людей. Личность, которую стремишься подчеркнуть, также превращается в серое ничто, когда каждый пытается выделиться.

Лишь немногие смиренно признают свою одинаковую природу. Те же, кто по-настоящему выделяются, обычно силятся скрыть свою сущность, но не выходит. Я из таких, к сожалению. И у меня нет имени.

– Доброжелатель? Это ты? – спросил Евгений, и тут же спохватился: – Вы.

– Мы-мы, доброжелатель. Мы, разделенные сумраком между закатом и рассветом, – едва слышно выдохнул незнакомец. – Сумеречный…

– Сумеречный кто?

– Давай скажем, что Эльф. Сумеречный Эльф, – невесело усмехнулся незнакомец.

 – Звучит симпатично-привычно-сказочно, хотя я никакой не эльф.

– Это вы обратили меня? – сжал кулаки Евгений. Но он же знал, что нет! У этого Сумеречного Эльфа во рту не блестели клыки, но и к человеческому роду он явно не принадлежал. А броский костюм неформала и электрогитара за спиной служили лишь маскарадом, удобным предлогом спрятаться среди «отличающихся» и «неповторимых».

– Нет, не я, – поморщился собеседник.