Один на один. Бессонница

Договорились они, допридумывались! Лентяй… на серебряную медаль шел, лентяй, который кровь только пьет. Да что уже теперь!» – посетовал Евгений, отбрасывая кишащую блохами крысу, отчего его едва не вывернуло еще раз. Даже в страшных снах он не мыслил, что докатится до такого. Не докатился, природа вампира не разрешила. Голос в голове, хозяин, требовал выпить досуха именно человека. Убить.

Но в катакомбах больше не было живых существ. Мертвых, к счастью, тоже. Евгений уже не удивился бы встрече с зомби или крокодилом-мутантом.

Он оказался в каменном лабиринте, не представляя, в каком мире. Ноздри потянули затхлый воздух – никого. Только слабые дуновения доносили невнятное смешение запахов города.

«Стоп! Если есть дуновения, значит, где-то есть и выход!» – быстро осознал Евгений. Обратной дороги он бы уже не нашел, к тому же вблизи моста караулил охотник. Пришлось идти вперед. В последнее время он двигался только вперед и вперед. А возможно, по кругу, как вагончик на американских горках.

Евгений попытался встать на ноги, выпрямиться в полный рост, как подобает разумному существу, но помешал низкий свод, да еще накатывала давящая слабость.

Вампир без чужой крови капля за каплей терял силы.

– Надо идти… Идти, хотя бы ползти, – убеждал себя Евгений и продолжал путь, ориентируясь по потокам подземного ветра. Путь? Скитания. Для пути нужна хотя бы иллюзорная цель. Хотя цель-то была, до безумия простая и исконно животная – выжить. Сохранить себя.

Мишура прошедших лет, образования и культуры, спала, обнажив угрюмый оскал настоящих опасностей.

В них не было ни лицемерия, ни жадности, ни жестокости мира к несчастному изгою. Все сводилось к обычной биологической цепочке «хищник-жертва» в случае с охотниками и к паре «паразит-хозяин» в те моменты, когда вампир насыщался жизнями невинных жертв.

Он хотел есть, поэтому полз, нервозно щелкая клыками. Глаза его, казалось, вылезли из орбит и раскалились двумя угольками. Когти царапали неровный скользкий бетон, а в голове стучал гигантский маятник с молотом на конце.

Внезапно обоняние уловило дурманящий аромат свежей раны. Человек? Животное? Определить не удалось. И путь продолжался. Метр за метром, подобно червяку в пустыне, тело ползло, в горьком исступлении стремясь к добыче.

Послышался жалобный лай, и надежда погасла – завернув за угол, вампир лицезрел взбесившуюся от ужаса шелудивую дворнягу, поджимавшую переднюю лапу. Очевидно, она провалилась в катакомбы сквозь какую-то дыру.