Продам кота

Нашел, стукнул шилом по темечку, сунул в сапог, рассказал соседям, тоже обувщикам, и сейчас они несли это чудо к мэру, а сами уже делили награду. Меня сначала поразило, что удачливый мужик собирается делиться, да еще и с такой толпой (неужели все родственники?). А потом я увидела Вильгельма в сапоге…

Наверное, кот дорого продавал свою свободу – зачем же еще привязывать его к сапогу и совать в пасть кляп? С моей крыши это выглядело как кокон из веревок, внизу – голенище, сверху торчит кошачья голова, изо рта которой болтается белая ленточка.

Тюкнутый по темечку кот сейчас ехал безропотно и, кажется, был без сознания. О, эта трогательно склоненная головушка, о, эти торчащие из веревок пушистые лапки… Живодеры! Да, Вилька жутко неприятный кот, но не до такой же степени. И вообще! Это мне поручили за ним присмотреть! Не им!

– Госпожа? – вернулась служанка. – Извольте пройти… Госпожа?

Испустив боевой клич, я перепрыгнула через перила, приземлилась на лестницу и во весь дух понеслась вниз.

Гринписа на них нет! Щас я им устрою! Буду знать, как моего кота ловить и издеваться!

То, что их раз так в тридцать больше, а я одна, меня нисколько не смущало. Что у них потенциально опасные пики, а обувь легко можно метнуть, не испугало тоже. Я видела Вильку, вспоминала, как таскалась полдня по этому чокнутому городу, – и что же, получается, все напрасно? Чтобы какой-то там… обувщик получил за этого пушистого награду? Щас, я его сама придушу!

Секунды замерли, а пространство, наоборот, слилось в настоящую радугу – так все вокруг разноцветно сияло.

Не добегая до конца лестницы, я перемахнула через перила и с криком: «Кот мой! Мой кот!» – бросилась на толпу.

И знаете что? Они сначала замолчали, потом шарахнулись в разные стороны, а потом и вовсе побежали. Позже Стивен и та служанка, смотревшие с крыши, объяснили, в чем дело.

А все просто: маску с меня снять так и не успели. Ее бонусный иллюзорный эффект еще действовал. И под мое настроение превратил меня в, по словам Стивена, такую страшную химеру, что он вряд ли этой ночью заснет.

И эта химера, вопя: «Отдайте кота-а-а-а!» напала на честных обувщиков. Напала и зверски всех испугала.

Думаю, сильнее всего я ужаснула того самого удачливого мужика, потому что он отгородился от меня Вилькой и взвизгнул:

– Пощадите!

Я схватила кота вместе с пикой, на которую был надет сапог, победно улюлюкнула и нырнула обратно в тень – на лестницу.