Никаких принцесс!

Получается неожиданно гулко и с характерным треском (кажется, это из моей косметички). Зато, пока парни не опомнились, я успеваю схватить Дамиана за руку и потащить за собой к выходу со стадиона.

– Виола! – возмущается Дамиан, когда приходит в себя. – Подожди, я с ними еще не закончил!

«Недружелюбные» кричат что-то похожее.

– Закончил, закончил! – Я упрямо тащу его к воротам.

Но, увы, не закончили с нами.

– Ты глянь, красавец и чудовище! – заявляет кто-то из догнавших нас пушкинцев. И, не церемонясь: – Детка, отойди, мы твоего парня бить будем.

Дамиан порывается ответить – сразу кулаками, но я толкаю его на себя, а в лицо говорящему распыляю перцовый спрей (всегда наготове в моей «вселенной», полезная вещь).

Больше нас уже никто не останавливает – там и без нас дико весело. Зато Дамиан возмущается всю дорогу.

– Виола! Почему ты не дала мне с ними разобраться? Ты что, думаешь, я слабее их?

Мальчишки…

– Нет, я всего лишь хотела, чтобы ты вернул меня, живую и здоровую, к папе.

– Ты думаешь, я бы дал им хоть пальцем тебя…

– Нет, но потом мне пришлось бы идти домой одной. Дамиан, не увиливай: ты задолжал мне объяснение. С каких пор ты пристрастился к футболу?

Дамиан надувается, бурчит что-то вроде: «Я их все равно еще побью», и я начинаю понимать, с чьей подачи в его семье вечные драки с Ромионом.

– Ты сказала, что у тебя в классе учатся нормальные люди. Я понял, что не могу возразить, поскольку я их не знаю, и решил лично проверить.

– Проверил?

– Да.

– И как?

– Нормальные.

Некоторое время мы идем молча. Дамиан выглядит задумчивым, у меня же слишком много невысказанных реплик, и большая их часть может запросто испортить этот вечер. Лучше уж промолчать.

– Виола, в твоем мировоззрении плохих людей нет совсем? – говорит вдруг Дамиан.

Я удивленно смотрю на него. Солнце садится, бросая косые алые лучи и удлиняя тени. Дамиан в этом неверном свете кажется взрослее, чем на самом деле. Серьезнее. Не хватает черной мантии, меча в ножнах на поясе и какого-нибудь шрама на щеке, чтобы получился Темный Властелин (в моем представлении).

– Есть, наверное. Не знаю. Я не встречала, – наконец отделываюсь я уклончивым ответом. – А что?

– Ты пожалела мою мачеху. И ты так рассуждаешь… – Дамиан хмурится, убирает со лба отросшую челку, и мое сердце подпрыгивает. Черт возьми, какой же он красивый! – Просто иногда ты мне кажешься совсем ребенком, а иногда говоришь как Ромион.