Откровения, которых не хотелось

Помнится, ты говорил, что я привозила с собой кусочек лета и тепла, а теперь, получается, отцветаю и опадаю.

14

Сухопарый официант театральным жестом выхватывает поднос у снующего мимо стажера, которому даже не выдали униформу. Наши бокалы покачиваются, как цапли на тонких ножках, пытающиеся устоять при сильном ветре.

Представь, прошу тебя я, что мы на корабле, а море – это розовое вино в моем изящном бокале, и вот сейчас, когда официант перехватил поднос, начался шторм, и буря подхватывает наш старый баркас, и волны захлестывают палубу, и половина матросов уже плещется за бортом.

Ты поцелуешь меня, спрашиваю я.

Ты смущенно глядишь в корзинку с хлебными палочками. Хватаешь одну, засовываешь себе в рот и давишься.

Я вижу, как кашель взбирается вверх по отвесной лесенке твоих легких, делает сальто мортале в районе диафрагмы и вырывается наружу пожухшим цветком дикой лилии.

Официант поспешно ставит наши бокалы на стол, покрытый, кстати, красной скатертью, без клеточек, улыбается и хлопает тебя по спине с такой силой, что, если бы ты не удерживал белки глаз нечеловеческой силой воли, они бы выпрыгнули из орбит и поскакали, поскакали по деревянному паркету.

Запрыгнули бы на кухню, там поднялись бы на разделочную доску и развалились бы, томно ожидая своего финала.

Но ты их крепко держишь.

Как крепко держишь меня. Я знаю, что тебя бесят все мои глупости и дурацкости, и ты предпочел бы, чтобы я была нормальной, обычной, заурядной.

Боже, дай же нам выжить среди этой смертной любви. Среди этой больной любви.

Не гляди на меня так, просишь ты. Я отвожу взгляд и принимаюсь глазеть на девчушку в розовом пальто и белых гетрах. У нее чудесные туфельки, алого цвета, похожие на яблоко в карамели, какие продают на ярмарках в Аргентине.

Ты был когда-нибудь в казино, спрашиваю я.

Ты супишься и раздуваешь ноздри.

Знаю, что тебе хочется сказать что-то другое, перевести тему, перевести стрелки, но я не готова позволить тебе сделать это.

Мне непременно нужно узнать, поцеловал бы ты меня, если бы мы были на грани гибели, и еще – был ли ты в казино.

Если нет, говорю я, мы могли бы съездить вместе. Это куда веселее, чем сидеть в убогом кафе, ожидая свой заказ, который принесут остывшим и гадким, и нахамят, и еда окажется невкусной, неоправданно дорогой.