Весь в папу!

И он смотрел на Катю с тем видом, исполненным загадочности, который свойствен людям, собирающимся преподнести тебе сюрприз.

Катька этого сюрприза очень опасалась. Но бороться с Сашкой, решившим заняться подпольными махинациями, было бесполезно. Поэтому она смиренно ждала, когда возлюбленный обрушит на ее невинную голову шквал речей.

Она, правда, пыталась оттянуть момент откровенности. То стирала, то срочно требовалась уборка, то пора было заняться ужином.

Сашка ее молчаливое сопротивление уловил. Ее мельтешение начало его раздражать.

Она кивнула, но сказала:

– Сначала завари…

Это его немного возмутило. С чего бы ему этими делами-то заниматься?

Но, поразмыслив, он решил не связываться. Он смиренно заварил чай и даже сделал бутерброды.

Катька в это время остервенело оттирала раковину в ванной.

– Кать… – позвал он ее.

– Сейчас, – повернулась она к нему. Прядь волос упала ей на глаза. Она раскраснелась, и личико ее стало прелестным.

Он залюбовался ею.

– У меня все готово. Пойдем? – Это получилось у него умоляюще. Катьке стало его нестерпимо жалко. Растерянный и несчастный, он умолял его выслушать. Сопротивляться дальше было бесполезно. Она вздохнула:

– Ладно. Сейчас.

Положила тряпку, закрыла воду и вытерла руки. После этого она прошла на кухню и поняла, что ей хотят сообщить нечто суперважное. Об этом свидетельствовала красивая тарелка, на которой были разложены бутерброды. Обычно липкий и грязноватый стол Сашка протер до блеска.

Катька улыбнулась. Сашка понял, что он своего добился.

«Мы скоро разбогатеем», – собрался сообщить он. Но, подумав, остановился. Это обещание она уже слышала раз сто. Она вздохнет, посмотрит на него почти материнским взглядом и посоветует наконец повзрослеть. Нет.

– Катюша, я задумал одно дело, – начал он осторожно.

Она так посмотрела, что Сашке отчего-то стало стыдно.

– Я догадалась, – вздохнула она.

– Кать, оно выгорит, вот увидишь!

Его радость показалась ему самому чересчур деланой.

– Рассказывай, – махнула Катя рукой.

Он понял, что она ему не верит. Это его разозлило.

– Не буду! – Он встал и пошел к выходу.

«Пускай», – подумал он рассерженно, надевая куртку.

Катерина проводила его усталым взглядом.

Он хлопнул дверью.

Холодный вечерний воздух немного освежил его, приводя в порядок разгоряченные мысли и чувства.

Он сел на скамейку.