Ведьма

Вслух я спросил:

– Кто?

– Олеся! – уже нормальным голосом подтвердил мою догадку Степан.

– Вы привели меня сюда, чтобы оскорблять мою девушку? – грозно нахмурился я.

Степан грустно покачал головой:

– Вы не поняли меня. Она на самом деле ведьма. И ведьмина дочь… Я тоже раньше не верил. Вы знаете, мы ведь хотели пожениться…

И тогда Степан рассказал мне их историю.

Олеся училась со Степаном на одном курсе в университете.

Почти сразу красивая, черноволосая девушка с легким южным акцентом привлекла внимание не только одногруппников, но и всего мужского преподавательского состава.

Ей писали стихи, признавались в любви, дежурили под окнами ее дома. Но Олеся никого не выделяла из общей массы поклонников.

Степан, конечно же, тоже попал под обаяние популярной девушки, но по причине природной скромности боялся подступиться ближе, чем обмен конспектами и списывание контрольных работ.

Но где-то к третьему курсу Олеся сама неожиданно обратила внимание на Степана, взяв свои вещи, она переместилась на соседнее с ним место и предложила погулять после занятий.

Так началась их любовь.

Степа был самым счастливым человеком на потоке, и без того блестящая учеба стала приносить свои плоды, он побеждал на всех научных конференциях, в которых принимал участие, его даже номинировали на Президентскую премию, ученые стали пророчить ему великое будущее.

В общественной жизни тоже все наладилось: робкий и стеснительный до этого, он вдруг начал пользоваться неоспоримым авторитетом у одногруппников, его приглашали на все студенческие вечеринки, советовались с ним по поводу личных отношений, спрашивали мнение об учебе.

И, конечно же, рядом с ним повсюду следовала прекрасная и независимая Олеся, что добавляло миллионные баллы его статусу.

Неприятности начались позже.

Где-то к середине четвертого курса Степан сделал предложение Олесе, и к его удивлению, она согласилась.

Свадьбу решили отложить до лета. И где-то в этот момент в сладкую вату жизненных успехов Степана стала примешиваться горечь сомнений.

Он задумался о том, что никогда до конца не знал Олесю.

Она была рядом, весела, смешлива, но все же до конца непонятна. Они никогда не говорили об ее душевных переживаниях, мыслях, планах. Все разговоры об ее жизни до него, Олеся сводила к шуткам, что, мол, до него она не жила, а существовала, и там не было ничего интересного, все, как у всех.

Его же душу она читала, как с чистого листа.