Поиски Мариккен

Меня даже уже простили, иначе некому будет петь для гостей, – лукаво улыбнулась Мариккен и, посерьезнев, спросила: – Ристард, ты знаешь, что происходит у нас в саду?

– Знаю, граф Ги де Олонь будет посвящать Френца в рыцари за победу над Зверем Рыкающим.

– И ты не собираешься ничего предпринять?– удивилась Мариккен.

– Нет.

– Ристард, но ведь это неправда. Зверя Рыкающего убил ты! Я сама это видела!

– Ну и что? Другие гости тоже видели кинжал Френца в ране кабана. Да и вообще, какое дело мне до всего этого? – в голосе Ристарда Мариккен услышала скрытую обиду.

Это ее подбодрило.

– Очень даже большое дело, Ристард. Я подумала и поняла, что если правда не раскроется, то случится большая несправедливость! – горячо стала убеждать она. – Если твой отец узнает, что ты способен на такой подвиг, вы наверняка помиритесь. Он научит тебя владеть мечом, скакать верхом на коне! Ты быстрее станешь рыцарем! Ну, что ты скажешь мне на это?

– А что сказать? Ты как всегда права. Но даже если мы все расскажем отцу и его гостям, кто нам поверит? Факты – упрямая вещь, и они говорят, что в момент присутствия охотников на поляне меня там не видели, а в ране Зверя торчал кинжал Френца.

Что ты скажешь мне теперь на это?

– Скажу, что все не так сложно, как тебе кажется. Все трудности легко разрешимы. И я это тебе докажу. Во – первых, скажи, твой кинжал, которым ты убил Зверя Рыкающего, при тебе?

– Да, вот он, – ответил мальчик и положил на стол «Змейку».

– Прекрасно. Когда доставали из сердца кабана кинжал Френца, я заметила, что он болтается в ране, потому что его лезвие тоньше, чем твое.

Значит, стоит только измерить рану, как станет ясно, каким оружием убит кабан. Во – вторых, я могу поклясться жизнью моей матери, что я сама видела, как ты, а не Френц, одержал эту победу. Да и Френц это подтвердит, если заставить его поклясться, ведь клятвопреступление – самое позорное преступление, особенно когда клянешься жизнью своей матери.

– Мариккен, ты просто умница, но скажи мне, что мы будем делать, если всего этого окажется недостаточно?

– Надо всегда надеяться на лучшее, – убежденно сказала девочка.

 – Может быть, это единственный шанс помирить вас с отцом. Ты пойдешь?

– Пойду, – повеселевшим голосом сказал Ристард. – Мне кажется, стоит рискнуть.

Еще подходя к месту, где шло веселье, дети услышали крики госпожи Хеллинор: «Мариккен! Где ты? Пора петь гостям!»

– Сейчас я спою им всю правду про Френца. – прошептала Мариккен.