Ведьма на выданье

До ужаса просто!

Мы проехали мимо башни городской ратуши, Музея Колдовского искусства, Львовишской Национальной Академии, Площади Рынок, костела Эльги и Эржебет… Когда последний величественно проплыл рядом, я едва не выпала из автомобиля. Нет, минуточку! Тут что, есть христианство? Ведьмы, колдуны и… Или же это все параллельная реальность, которая только внешне похожа, но внутри все другое.

И спросить неудобно, но хочется!

– Какой красивый, – все же тихо сказала я.

– О, один из лучших в Речи Шветной, – тут же ответил Лешек с затаенной гордостью.

Так говорит, словно сам строил. Хотя, вряд ли… Лешек слишком молод, а на вид здание совсем не юное.

Мысленно я сделала себе на памяти зарубку: Речь Шветная. Что бы это ни было, необходимо узнать. Если со Львовишем разобрались, то это… И вроде бы слышала подобное, но пока мозг вырядился в юбку из пальмовых листьев и выплясывает макарену, давая понять, что не намерен ничего вспоминать.

Когда мы подъехали к дому, стало ясно: будут проблемы.

Это… Это не просто домик для маленьких поросят, это трехэтажный особняк дракуловского вида с легким эстетизмом восточно-европейского стиля. То есть сурово и впечатляюще, но в то же время имеется место для задорных финтифлюшек на балконах, оконных рамах и дверях.

– Дорота, – резко осипшим голосом позвала я.

– Да, Алиночка? – Она тут же оказалась рядом. – Что?

– А у меня еще и состояние есть?

– Разумеется! Сто тысяч злотишей и усадьба возле Унгвара!

Под коленками ослабло, Лешек вовремя подхватил меня под руку, не дав упасть.

– Ну идем, идем же, – засуетилась Дорота. – Сейчас отдохнем с дороги, и все будет хорошо.

Едва открылась дверь, как мне на голову свалилось что-то тяжеленькое и хлопающее крыльями.

– О-о-о! – тут же заголосило оно голосом Бецика. – Алина, прости-прости, я уже час репетирую, чтобы вцепиться этой мерзавке в белые патлы, а это ты.

Я ухватила фамильяра, не давая скрыться.

– Ты мне нужен! – заявила таким тоном, что Лешек и Дорота недоуменно переглянулись.

Бецик же оказался тварью сообразительной, поэтому быстро полетел вперед.

– Мы в комнату Алины, – сообщил непререкаемым тоном, и я, не теряя времени, последовала за ним.

Преодолевая деревянную лестницу и глядя на портреты, висевшие на стене, услышала:

– Ты уж прости, Лешек, девочка сама не своя. Точно обидеть не хотела. Идем на кухню.