Мевервильский оборотень

И птица, перья все свои расправив,

Парила среди скал в холодной синеве,

Она растаяла вдали, не ведая печалей,

Воспоминание мне лишь оставив о себе.

Когда он закончил, герцог облегченно вздохнул:

– Неплохо, очень даже неплохо… Длинновато конечно, но этот… как его… ритм и все остальное очень даже неплохо. Я понял, за что ты его выбрала. Оставляй мальчика. Пусть тебя радует. Только меня от его декламаций избавь.

– Хорошо, отец. Он будет теперь декламировать лишь для меня.

– Славно, очень славно, моя дорогая. Ты меня всегда несказанно радуешь. Кстати, может ты, еще пообещаешь мне, что ты разберешься со своей наперсницей. Мне не по душе, что она ведет себя столь неподобающим образом.

– Я провела с ней назидательную беседу, отец, именно поэтому леди Белла не выходит второй день к столу и вряд ли скоро порадует нас своим присутствием.

– Замечательно, – герцог удовлетворенно кивнул, – полагаю, это послужит ей хорошим уроком. Да и урок Георгу, надеюсь, ты преподашь не хуже.

– Я постараюсь, отец, – кивнула Каролина.

Герцог подошел к ней и, нежно поцеловав, тихо проговорил:

– Ты чудо, дитя мое. Я люблю тебя. Храни тебя, Господь, – он перекрестил ее, после чего вышел.

Откинувшись на спинку стула, Каролина с усмешкой посмотрела на кузена: – Где Вы предпочитаете, Георг, обсуждать Ваше поведение? В Ваших покоях или моих?

– Я бы предпочел, что бы Вы, миледи, пришли ко мне, – тихо проговорил тот.

– Что ж тогда я приду часа через два.

На прогулку с собой она его не взяла, велев ждать ее в комнате, и вернулась лишь перед ужином. Когда они пришли на ужин, в зале был лишь герцог.

– Как я понимаю Георга ждать не надо? – усмехнулся он.

– Абсолютно правильно, отец, ему стоит несколько дней не выходить к столу, чтобы поразмыслить над своими поступками и запомнить правила поведения в нашем доме.

– Ты права, дитя мое, – улыбнулся ей герцог. – Я рад, что ты становишься полновластной и взыскательной хозяйкой, строго следящей за порядком. Я горжусь тобой.

– Я счастлива, отец, – Каролина подошла к нему и нежно поцеловала, а потом едва слышно на ухо прошептала: – леди Белла, кстати, осознавая, что очень сильно провинилась, и репутацию ей уже не восстановить, хотела бы хоть чем-то оказаться Вам полезной.