Мысли мамы, или Как не загнать себя в угол

А Дима терпит, смотрит на меня понимающе, молча делает своё дело, как тогда, когда я стояла у двери ванной в воде, смеясь невпопад, и говоря:

– Так ты сантехник что ли? Получается мы пять часов вчера болтали по телефону, а Дима просто скручивал части трубы, наматывая кусок старого найденного бинта или марли, так и сейчас он «скручивает детали» наших отношений, чтоб мне стало удобно.

Я встала с пола, заглянула в комнату, на расправленном диване сопел Димка, держа в руках пустую бутылку из-под смеси, а у него под боком, раскинув руки крестом, сопел наш сын.

Однозначно, надо мириться, надо. А ещё надо не бояться признать, что вся моя сущность сейчас – это Кувалда, кувалда усталости, которая не должна пробить стену любви!

Надо мириться, Завтра Новый год! Первый наш Новый год втроём!

01.01.2014

Новый год случился! Не без моих истерик, но случился.

И это был первый Новый Год, наверное, лет за пять, который мы отпраздновали дома. Было душевно, несмотря на мои женские «выкрутасы».

Под бой курантов, аж вспомнилась прям шутка, что настоящая женщина может сделать из ничего три вещи: салат, шляпку и скандал…так вот хорошо, что я была хотя бы в новый год без шляпы, но с двумя остальными составляющими.

Сначала я негодовала и пыхтела похлеще паровоза, что «Цезарь» не получится, потому что Дима отказался ехать в одиннадцать тридцатого декабря в большой гипермаркет, сказав, что все купит в магазинах по соседству.

Я шептала, злобно выглядывая из-за сиреневей шторки в ванной:

– Выходит, ты предлагаешь мне делать «Цезарь» с сыром Советский?! Верно? Может, ещё все майонезом сверху зальём вместо соуса?!

На что Дима стойко был СТЕНОЙ:

– Лисенок, с тобой я готов просто отпраздновать Новый год хлебом, запивая чаем без сахара.

Но меня, Лену Полякову, которая в то время была в роли КУВАЛДЫ, раздражало спокойствие мужа, я была готова крушить любые крепости и стены во имя чести французского сыра, прав Аргентинских пингвинов и единения африканских племён, поэтому выглядывала из-за шторки со словами:

– Хлеба, кстати, может тоже в магазине не быть! Будем чай пить.

– Лисенок, ну я ж приехал домой, мойся спокойно, я успокою, если закричит, – шептал Дима, трогая меня за живот через шторку.

– Успокоишь так же, как сыр купил с голубой плесенью, – я повернулась спиной и стала демонстративно намыливать голову.