Изнанка миров

Некому было помочь, мы жили совсем одни в этом городе с мамой, у которой и без меня хватала проблем на работе, приходя с серым от усталости лицом, она обессилена падала на диван почти сразу засыпая, глядя на нее, меньше всего хотелось еще взвалить и собственные неприятности. Оставалось лишь молча терпеть да считать дни до выпускного.

Я ненавидел их всех: сытых, холенных, модно одетых, смеющихся надо мной. Да кто вам дал право так поступать со мной? Твари, ненавижу. Я помню, как все началось.

Серый вытянутый свитер, джинсы не из модного бутика и презрительный взгляд, которым тебя оценивают, словно вещь с дешевого рынка, и ярлык нищеброд, подобно клейму, прилепленный на лоб. Кличка «Крыса» за серый свитер, точно плевок в лицо. Дальше – больше, шаг за шагом, и ты – изгой, презираемый всеми, кукла для битья и любимая игрушка для издевательств всего класса.

Олег ухмыляется, смотря на меня, явно наслаждаясь моментом, красуясь перед друзьями.

– Ну что, Крысеныш, сам понимаешь.

Тебя надо проучить, но в честь дня рожденья для тебя особый подарок. Здесь при всех ты станешь на колени и попросишь у нас прощения, а чтобы урок был нагляднее – ты отдашь мне свой телефон. Раз он у тебя, наконец, появился. Таким уродам, как ты, они не положены. У тебя бессрочный день без мобильника.

Мобильный телефон, я невольно провел рукой по карману, где он лежал —то подарок мамы на день рожденья. Зная нашу нищету, представляю: сколько ей пришлось откладывать деньги, отказывая себе, чтобы купить его.

Новый, с синим корпусом, тремя камерами и батареей на почти двое суток работы он стал пределом моих мечтаний, окном в новый мир.

Отдать его, чтобы избежать побоев, или стать на колени перед этой толпой, ухмыляющихся ублюдков. Завтра это станет достоянием всего класса и новым поводом для издевательств. Я не мог этого сделать. У всех есть черта, дальше за которую отступать нельзя. И кажется, я дошел до своей.

– Ну что скажешь, Крысеныш, – Олег склонился ко мне, подойдя поближе, ему явно хотелось видеть мои глаза. И это стало ошибкой.

– Да пошел ты, – я с силой боднул его головой, попав по носу заставив его испуганно по-бабьи взвизгнуть, отпрянув назад.

– Ах ты, гад, – я попытался напоследок еще пнуть, с удовольствием увидев кровь, густо текущую из носа. В душе, словно что-то сломалось навсегда, хрустнуло и сдохло.