Изнанка миров

Крысы, вроде тебя, должны их соблюдать. Какой у нас сегодня день?»

«Тишины», – выдохнул обреченно я. Каждый день для меня Олег с дружками выдумывал новые правила на день и за несоблюдение их несильно избивали после школы , чтобы особо не оставлять синяков, как то незаметно это превратилась в любимую игру нашего класса и долгих обсуждений, чтобы выдумать на завтра для меня следующее условие.

Сегодня у меня проходил день Тишины: запрет разговаривать с кем то. Даже одно слово, услышанное кем-то, означала в конце дня очередные побои, получаемые в окружении толпы одноклассников.

«Меня вызвали к доске», – обреченно прошептал я, понимая, что этого не изменить. Страх душил изнутри, лишая сил и заставляя сжиматься в комок.

«Я бы это простил, ведь у сегодня у тебя день рождения, если я правильно помню», – Олег, почти склонившись, шептал на ухо. – «Но ты произнес еще одно слово, и этого я простить не могу. Помнишь какое?»

Я промолчал, хотя в голове сразу всплыла картинка с событиями утра, когда я сидел за своей партой на перемене, угрюма смотря в окно и считая минуты до начала урока.

Когда ко мне подошла Света, самая красивая девочка нашего класса и неожиданно заговорила со мной, я растеряно смотрел на нее и хлопал глазами, а она улыбалась, что-то весело щебеча, от растерянности я даже не разобрал, что она говорила, а затем она неожиданно протянула мне шоколадку в ярко-красной обертке, и я услышал задорное «С Днем Рожденья». И у меня вырвалось невольное «Спасибо». Но как он узнал? Мы же вдвоём находились в классе.

И глядя мне в лицо, Олег довольно ухмыльнулся.

– Это я Светку попросил проверить тебя, как ты соблюдаешь запрет.

Сука, меня затрясло от гнева , забыв о страхе, я с ненавистью посмотрел на ухмыляющуюся самодовольную харю перед собой, на его дружков ублюдков, стоящих в проходе. Как же я ненавижу вас, мрази, ведь я ничего не сделал вам плохого. Почему же вы все не оставите меня в покое? Ухмыляетесь, скалите зубы, но даже здесь вы толпой против меня одного.

Первое время еще пытались драться один на один.

Но я всегда сражался до последнего в драке, глаза покрывались красная пелена. Уже не важно, кто и сколько передо мной, я старался драться, несмотря на удары, и тогда стали бить толпой пять-шесть человек. Каждый из них выше на голову и весом со шкаф при моих метр шестьдесят, они пинали, меня как мячик, не давая встать под улюлюканье и ухмылки всех остальных.