Ангел по имени Боб

Наверняка после Ковчега, когда все выбрались на сушу, хищники половину зверей пожрали и Богу пришлось лепить новых.

Забор выставили за семь дней. Через каждые пятьсот метров на нем зачем-то вешали самодельные крылья, а сильный ветер разносил тысячи гусиных перьев по общине. Внизу вырыли ров и залили водой.

Мы с мальчиком стояли на наблюдательной башне и плевали в него.

– Там крокодилы, – доказывал мальчик. – Папа сказал на Цне поймал, чтобы папские гниды подохли в желудках зверей и высрались таким же говном, каким является их мнение о нашей вере.

Его отец слыл правой рукой батюшки. Делал за него всю грязную работу. Собирал подаяния, руководил стройкой, разве что задницу не подтирал. Его мать отказалась примыкать к пастве, поэтому неудивительно, что мальчик унаследовал определённое отношение к жизни одного из родителей.

– Нет там крокодилов! – препятствовал я.

Тогда мальчик поставил на перилла плетенную корзинку, разгреб церковные учебники покорности и ненависти к инакомыслию за авторством «Батюшки Божественного», достал пакет с мёртвой курицей и бросил её в виду.

– Нет их! – стоял я на своем.

– Они спят просто!

– Врешь! Крокодилы не спят!

Почему вдруг? Да хрен его знает. Хотел не проиграть в споре и выдал придуманный факт в качестве отмазки. Политика работает примерно по тем же лекалам.

– Не вру!

Нас прервала воткнувшаяся в корзинку горящая стрела.

– Моя курица! – вопила монашка Юлия с луком.

Через лоб до подбородка и над бровями (до сих пор надеюсь, что грязью) был нарисован крест. Классический монашеский апостольник она сменила шкурами зверей, которыми обвязалась подобно мумии, если бы их придумали под Рязанью.

– Ты взял её курицу? – спросил я шёпотом, подрагивая крылышками. – Она ж дурная.

– Она нормальная, – сказал мальчик и заметил, как монашка поджигает вторую стрелу с помощью бензина и зажигалки.

– Бензин создал дьявол, чтобы ад горел вечно! – поначалу мои слова не произвели никакого эффекта.

Мы с мальчиком рванули по верхнему ярусу стены, уклоняясь от дыхания догоняющего дракона.

На первый взгляд в секте люди должны были защищать меня, как то важное, вокруг чего они, собственно, собрались. Но на деле все, кто видел сумасшедшую тётку, хлещущею бензин, как не в себя, просто забили.