Ночной всадник

Вполне естественно, необходимо выяснить природу недуга и его причину, прежде чем появится возможность устранить эту болезнь. Я попросил вас прийти сегодня вечером, чтобы вы дали мне хоть какое-то объяснение тому, что здесь происходит.

Бак беспокойно заерзал и пробормотал:

– Док, я считаю вас джентльменом с мозгами. И дам вам один ответ: убирайтесь подальше от ранчо Камберлендов и никогда не возвращайтесь!

Доктор вспыхнул:

– Хотя я не могу претендовать на уважение человека, незнакомого с физическим страхом, однако мне хотелось бы заверить вас, сэр, что для меня физическое беспокойство не является главенствующим мотивом.

– О, дьявол! – простонал Дэниелс. – Я не утверждаю, что вы трус. Я говорю следующее: вы вряд ли сможете распутать такой клубок, да и любой другой человек. Бросьте все, умойте руки и возвращайтесь в Элкхед. Не возьму в толк, о чем думала Кети, когда привезла вас сюда!

– Я охотно признаю великолепие вашего намерения. Хотя само допущение, что сложность существующей проблемы удержит меня от анализа, является гипотезой, которую я не могу оставить неопровергнутой.

Бак помотал головой, но, подумав немного, пожал плечами и снова покорно сел.

– Ладно, – сказал он. – Кети притащила вас сюда. Возможно, у нее на то есть свои причины. Что вы хотите знать?

– Какова связь между дикими гусями и человеком, лошадью и собакой?

– Что вам, черт побери, известно о человеке, лошади и собаке?… И о диких гусях? – напряженно выговорил Бак.

– К несчастью, моим единственным источником информации в данном отношении являлся слух. Но, сэр, я убедился, что мистер Камберленд, его дочь и вы, сэр, ожидаете определенного события на этом ранчо. События, как я могу предположить, касающегося некоего человека.

– Док, – саркастически произнес ковбой, – у вас, несомненно, превосходные мозги.

– Насмешка, – провозгласил ученый, – полезна в случае умственных способностей, не имеющих ценности и содержания, но бесполезна в данном случае.

– Он пришел ниоткуда. Вот и все, что мы о нем знаем. Кто он? Я легко отвечу вам: он джентльмен, выглядит как человек и говорит как человек, но он не человек.

– Ага, – кивнул философ, – преступление значительной важности, возможно, отрезало несчастного парня от связи с ему подобными. Так?

– Нет, – ответил Бак.