Неуловимый бандит

Неуловимый бандит

Макс Брэнд

Ловкий и бесстрашный парень Боб Пенстивен поклялся отомстить убийце отца, не останавливаясь даже перед тем, что это наводящий страх на окрестности Маркэма неуловимый бандит Джон Крисмас. И месть его оказалась для убийцы страшнее смерти.

Брэнд Макс

Неуловимый бандит

Глава 1

Мужчины, собравшиеся в «Элбоу-Руме», лучшем салуне городка Маркэм, говорили о Джоне Крисмасе[1 - Крисмас от англ. Cristmas – Рождество.]. И в этом не было ничего удивительного, ибо в те времена повсюду на Западе, стоило лишь собраться компании хотя бы из трех человек, разговор в конце концов почти неизбежно сворачивал на то, что слышно о знаменитом бандите и его похождениях.

Позже завсегдатаи вспоминали, что они привычно обменивались новостями о Джоне Крисмасе и в тот день, когда Пенстивен впервые оказался в их городе, так как все, что было связано с его появлением в салуне, навсегда запечатлелось в их памяти, произведя поистине неизгладимое впечатление.

Кто-то громко объявил:

– В прошлую пятницу Крисмас снова устроил перестрелку в Паркервиле.

– В пятницу или в любой другой день – какая разница? – охотно откликнулся бармен. – Выходных у него не бывает.

И тут подал голос Пенстивен, до сих пор молча и скромно стоявший в дальнем конце стойки бара. Он был рослым парнем с волевым, темным от загара лицом, с которого, однако, не сходило благодушное выражение, совершенно не вязавшееся с его внешностью, а взгляд его был чист, как у наивной шестнадцатилетней девицы.

Извиняющимся тоном, словно стыдясь собственной неосведомленности, он тихо спросил:

– Скажите, а кто такой этот Джон Крисмас?

Присутствующие с подозрением уставились на него. Судя по говору, парень был явно нездешним.

– И он еще спрашивает, кто такой Джон Крисмас! – язвительно хмыкнул бармен, не глядя на Пенстивена.

Казалось бы, такое замечание должно было неизбежно смутить чужака, но тут Винс Картер, видимо, тоже решил над ним покуражиться – следующая реплика принадлежала ему.

Вообще-то Винс был неплохим парнем, однако благодаря могучему телосложению силы имел с избытком и не упускал случая лишний раз найти ей хоть какое-нибудь применение. При ходьбе он отчаянно размахивал руками из-за того, что горы железных мускулов на плечах не позволяли держать их прижатыми к туловищу. Если же ему нужно было обернуться, то все тело тоже оказывалось развернутым, будто массивная шея слишком жестко соединяла воедино голову и плечи.