Чурила и Соловей Разбойник. Волшебные хроники

Как так, почему он должен быть мальчиком для битья?

Он про себя решил, что они просто не знали, не ведали, что там творится, вот и не вмешались

Глава 24 Стрибог в лесу

В лесу жизнь текла своим чередом, но от случая к случаю туда наведывались разные духи и даже Боги, нечего говорить о Велесе, который там должен был поселиться и жить с недавних пор. Но стали появляться и небожители.

Одним из первых наведался туда Стрибог. Впрочем, он и прежде часто пролетал мимо, а тут прямо заглянул в дремучий лес.

Соловей оказался на месте и стал рассказывать батюшке обо всем, что без него тут творилось, и в первую очередь о вторжении Чурилы.

Он молчал, не говорил о самом главном, надеясь, что тот сам спросит или скажет что-то, чтобы все было больше похоже на правду,

Но зная все его хитрости, молчал и Стрибог, только поглядывая на него пристально. Так они играли в игру кто кого перемолчит, кто не выдержит первым.

– Мне тут давеча ведьма сказала, что Чурила мой сын. А может так и есть, не потому ли он такой сильный и выносливый. И свистеть хорошо умеет, – размышлял Разбойник.

Свистнуть довольно сильно пришлось батюшке на этот раз:

– Тебе жить надоело, ты конечно, бессметный, но в Пекле тебе точно не понравится, – заявил тот, и волк молча согласился с богом ветров.

Разбойник готов был пнуть волка или свистом убить, хотя тот был меньше всего виноват в случившемся, просто оказался не в том месте не в то время.

Говорил Стрибог какими-то загадками. И самое главное, что Разбойник и сам не был в том убежден, потому он стал приставать с расспросами.

– А может, скажешь, где собака зарыта.

Стрибог посмотрел на него удивленно, а волк даже завыл протяжно, и потому что ничего не понял, да и все, что связано было с собаками, ему совсем не нравилось. И сам Разбойник его раздражал так, что он готов был его покусать, но сдержался.

– Про собак я тебе ничего не могу сказать, но то, что он не твой сын, в том сомнений никаких нет.

И в голосе отца была какая-то странная твердость, сомневаться в том не приходилось. Только, похоже, и правду говорить он не собирался, а это печально.

Повелитель ветров не стал ругать ведьму, понимая, что не она виновата, ей это внушили. А вот кто внушил, об этом и говорить не хотелось, но именно это и хотелось больше всего узнать Соловью.