Аише

Следовало спешить – небо темнело, скоро выйдут волки, коих зимой по ночам бродило даже вокруг дома много, а уж в лесу и подавно. Растерзают, как пить дать! Удивительно, что до сих пор не пришли на запах крови.

Рыча от натуги, уперлась ногами в спину незнакомца, еле оторвав его от поверхности и попыталась подсунуть сани под него, но потерпела неудачу – слишком велик был вес у мужчины.

– Тяжеленный! – отдуваясь, воскликнула она.

Придется привязывать веревку и тащить его просто по земле, хоть волоком, а управится.

Пока вертела неподъемного раненого туда-сюда, протягивая подмышками веревку и завязывая толстый узел, вспотела. В варежках невозможно было это делать, а потому пальцы быстро заледенели. Подув на них, согревая, сунула обратно в теплые шерстяные рукавички и взялась за петлю.

– Ээээх! – просипела она, протягивая мужчину по снегу. – Эээх!

Рысь бежала рядом, оглядываясь. Она чуяла кровь, ее это будоражило. Ноздри кошки раздувались, глаза сверкали, она настороженно следила за незнакомцем, а тот так и не пришел в сознание.

– Не могу больше! – простонала Аише, падая в очередной раз. – Сил нет! Тяжелый какой! Уф! Рыська, иди домой, веди сюда деда. Не справлюсь я одна!

Рысь фыркнула, будто говоря, что никуда она не пойдет, покружила на мягких лапах, вспрыгнула на ветку, уронив белую снежную шапку, и смотрела сверху, сверкая глазами.

– Воды! – раздался тихий голос. – Дай воды!

Аише подползла к голове раненого.

– Нет воды! – ответила она, жалея его.

Зачерпнув горсть снега, вложила ему в распахнутый рот, ощутив, как щетина кольнула кожу на руке. Губы незнакомца были мягкие, скользнув по пальцам, вызвали странные ощущения, не похожие на щекотку, скорее, приятные. Сквозь полуприкрытые ресницы он наблюдал за ней.

– Не бросаешь меня, – хрипло заметил он. – Оставь тут, не дотащишь.

Аише упрямо помотала головой.

– Сейчас передохну, и дальше пойдем! – твердо сказала она. – Ты живой, я тебя не брошу!

Отдышавшись, она поднялась и упрямо перекинула веревку через плечо, потащив незнакомца. Тот, хоть и слабел от потери крови, помогал, как мог – толкался ногами, оставляя за собой красные вмятины в белом покрывале снега.

Небо темнело. Солнце уже скрылось за горизонтом, последними лучами освещая лес и двух едва ползущих путников среди исполинских деревьев.