Избач

В него открывались двери кабинетов, она насчитала их четыре. Из ближнего донесся резкий голос Байгулова:

– Ты зачем в правление привел эту образину? Народ пугать?

– Товарищ уполномоченный, я думал… – начал оправдываться сиплый голосок, но был прерван.

– Думал он! Чем думал?! Убирайся!

Из кабинета выскочил безусый красноармеец с винтовкой через плечо, увидев Дарью, остолбенел ненадолго, потом махнул рукой и пошел мимо. А из кабинета донеслось:

– Ну, что, кулацкое отродье, будем говорить по-хорошему или на дыбу пойдем? Повторяю, у меня к тебе два вопроса: где дислоцируются остатки банды? И кто возглавил банду после смерти Храпа?! Я знаю, он из местных, кто он? Говори, падаль! И не ври, что не знаешь!

Дарья заглянула в кабинет и невольно вскрикнула от ужаса, узнав в опухшем от кровоподтеков и ссадин, стоявшем кое-как на коленях, со связанными руками, бородаче своего отца.

– Кто впустил?! – рявкнул Байгулов, оглянувшись. – Я же просил идти домой, подумать. Даша! Зачем вернулась? Ты всегда такая своевольная?

– Тятька! – Она кинулась к отцу, но наткнулась на стальную фигуру Байгулова, принялась колотить его, исступленно крича: – Пустите меня к тятьке моему! Что вы с ним сделали, сволочи?! Гады!!! Гады!!!

ГПУшнику ее удары были не больнее комариных укусов. Он без труда вытолкал Дарью из кабинета.

В коридоре схватил ее за плечи и встряхнул так, что у девушки все поплыло перед глазами.

– Ты никак не уймешься, как я погляжу! Прекратить истерику быстро! Это приказ! Разве такой размазне можно доверить комсомольскую организацию?! Ты слюнтяйка мелкобуржуазная, а не лидер молодежи.

Дарья продолжала всхлипывать, то и дело повторяя:

– Садисты вы, я вас ненавижу! И… никогда не прощу…

Она не заметила, как рядом с ними оказался Гимаев. Увидев его, Байгулов поручил секретарю партячейки проводить девушку до дома:

– Ни на шаг не отпускать! Можешь даже в кровать уложить, дать выпить чего-нибудь успокоительного.

– Будет сделано, Назар Куприяныч! – отрапортовал Илюха, беря ничего не соображающую девушку за локоть. – Пойдем, сударыня. Мне тебя передали на поруки.

Как они вышли из правления, как дошли до дома – она не помнила. Фараон выскочил из конуры, собираясь зайтись грозным лаем, но, увидев хозяйку, завилял хвостом.