Лига правосудия

– Мы дожидаемся приезда из Москвы переводчика, после чего вместе с ним едем на моей машине на участок за рабочими. Я разговариваю с ними только по-русски, а он переводит – это на тот случай, если вы подозреваете меня в каких-то нехороших намерениях. Если возникнет необходимость, мы все вместе возвращаемся в Фомичевск, где вы с ними беседуете, но в присутствии моего адвоката. А это уже я страхуюсь на тот случай, если вы запугаете их настолько, что заставите возвести на меня поклеп. Как я понял, это входит в ваши планы.

– Что вы себе позволяете? – металлическим голосом произнес Гуров.

– Я просто вас очень внимательно слушал, – парировал Сидоркин. – У меня нет ни времени, ни возможности выяснять, как продвигается расследование, но сам факт того, что вы, едва приехав, уже начинаете выдвигать против меня обвинения, говорит сам за себя. – Он встал, а вслед за ним и адвокат. – Я не знаю, во сколько приедет переводчик из Москвы, но не думаю, что он доберется сюда раньше девяти часов утра.

Так вот, в это время я уже буду здесь. Если же вы опасаетесь того, что я ночью отправлюсь к рабочим, чтобы дать им какие-то инструкции, можете поставить возле моего дома полицейский пост. Всего доброго.

Они вышли, а Гуров остался сидеть – его просто трясло от бешенства. Налив себе полный стакан воды из графина, он залпом его выпил и пошел к Косареву, где сидели также прокурор со «следаком».

– Нет, ну каков наглец! – сказал он, входя в кабинет.

 – Ведет себя так, словно он принц крови! Невозмутим, как айсберг! Аж холодом от него тянет! И адвокат ему под стать!

– Я так понял, Лев Иванович, что вы с ним поцапались? – осторожно спросил Андрей Федорович.

– Да скорее с бетонной плитой можно поцапаться, чем с ним! – буркнул Лев. – Интересно, он всегда такой спокойный или какие-то человеческие эмоции ему все же присущи?

– Если бы при той жизни, что он прожил, Михаил Ильич еще свои эмоции направо и налево расплескивал, то уже давно был бы в психушке.

А он, как вы видите, солидным бизнесом руководит! – заметил прокурор и поднялся: – Пошли, Леша!

Он и «следак» вышли, а Лев повернулся к Косареву и удивленно проговорил:

– Андрей Федорович! А ведь они испугались!

– Просто они здесь живут всю жизнь и знают истинный расклад сил в районе, а вы здесь первый день и сразу же пошли в атаку с пластмассовой саблей на танки, – объяснил майор.