Научите своих детей

Научите своих детей

Иван Фабер

Вопрос справедливости крайне субъективен и индивидуален, не так ли? Однако герой, запечатлённый в данной истории, думает совершенно иначе – для детектива Поулсона вопрос справедливости стоит на первом месте и в приоритете, конечно же, лишь его убеждения. Томас слишком рано столкнулся с проявлением жестокости человеческой природы и слишком поздно понял то, что даже за самым оправданным решением могут быть неисправимые последствия. Содержит нецензурную брань.

Часть 1

Глава 1

Опустошённый отсутствием движения дом прояснялся рассветом.

Кое-где, сквозь незанавешенные края окон пробивалось солнце. Для некоторых обитателей данной комбинации помещений рассеивание темноты означало лишь одно – начало нового дня.

Какой должна быть реакция хозяина, когда собачий лай и неистовые звуки, кои являются результатом их бурной деятельности, заставляют его разомкнуть веки, ведь сон уже ушёл. Если б он не был знаком со своими питомцами, сначала проследовала попытка их успокоить, разъединить друг от друга, дабы хоть как-то продлить себе тот покой, что был прерван.

Увы и ах, данный алгоритм действий уже давно изжил себя, и никакого другого выхода у хозяина не оставалось, кроме как подняться с глубокой постели.

Человек сел на край кровати, растирая заросшее щетиной лицо, как будто бы избавляясь от остатков сна. Цифровые часы, что стояли на табурете справа от кровати, показывали шесть часов утра. Взглянув на них, человек окончательно поднялся на ноги, растворяясь в темноте комнаты.

Он прошел сквозь коридор и свернул налево во вторую дверь. Движением руки включив свет, человек столкнулся с собственным отражением в грязном, заляпанном зеркале. Перед ним, опёршись одной рукой на раковину, другой на стену у зеркала, стоял хмурый, тридцатилетний мужчина. Он видел перед собой небритое уже около трёх недель лицо, глубокие зеленые глаза, отдающие красным раздражением, над ними густые брови, средней длины тёмные волосы, которые местами вьются.

Человек долго рассматривал собственный вид, по всей видимости, несколько удивляясь ему, затем неоднократно умылся, провёл необходимые манипуляции с зубной щеткой, и, раздевшись, залез в душевую кабину.

Принимал душ он крайне пассивно – вся процедура состояла в попеременной смене температуры воды – сначала очень холодная, затем предельно горячая. Однако сам человек, нисколько не реагируя на изменения, стоял как вкопанный.