Лига правосудия

– Если вы повезете их сюда, то у них пропадет рабочий день, что скажется на их заработке. Кроме того, я бы в этом случае направил туда для продолжения работы другую бригаду, а то вы ведь их и задержать можете – российская полиция такая непредсказуемая, – все тем же непробиваемо-спокойным тоном объяснил Михаил.

– Их привезут сюда, и я с ними побеседую. Если они ни в чем не виноваты, то никто их задерживать не собирается, – отрезал Гуров, чувствуя, что он, кажется, заигрался. Как показало будущее, он даже приблизительно не представлял себе насколько.

– Тогда не могли бы сказать, на чем их привезут? – продолжал любопытствовать Сидоркин.

– Полагаю, что в местной полиции для этого найдется машина. – Лев поднялся, давая понять, что разговор закончен.

Но вот Михаил и адвокат остались сидеть, показывая, что тема еще не исчерпана, и Гуров вынужден был снова сесть. Конечно, он мог бы жестко сказать: «Можете быть свободны!», но решил послушать, что эта парочка приготовила для него еще.

– Господин полковник! В местном управлении полиции всего три машины, – спокойно заговорил Михаил. – Это «Волга» господина Косарева и два «уазика» для перевозки задержанных с зарешеченными стеклами. Даже если бы господин Косарев был так любезен и предоставил для поездки свою машину, то она по той дороге сейчас просто не прошла бы. И он об этом знает. Значит, это будет один из «уазиков». Скажите, пожалуйста, вы считаете возможным перевозить трех ни в чем не виновных людей, к тому же не знающих русского языка, таким способом? За ними приезжает полиция, их запихивают в машину и везут в неизвестном направлении, потому что они просто не поймут ни слова из того, что будет им сказано.

– Пусть русский учат, – буркнул Лев, хотя и понял, что Сидоркин абсолютно прав, а вот он этот момент недодумал, но злился он за это, естественно, не на себя, а на Михаила.

– Они выучат, – заверил его Сидоркин.

– Я смотрю, вы очень трепетно относитесь к своим рабочим, – съехидничал Лев, и ему самому стало от этого стыдно.

– Я пригласил их сюда на работу, и они честно работают, а я взамен защищаю их и их интересы, и ничего противозаконного в своих действиях не вижу, – ровным голосом сказал Михаил.

– Хорошо, что вы предлагаете? – вынужден был спросить Гуров.