Выбор

Что-то звериное чувствовалось в худом теле, проступившем сквозь легкую одежду. Словно хищная птица обозревала свою территорию, выискивая очередную жертву.

– А, Будана, ты вовремя, пора собираться. Дела не ждут. – Княгиня бросила беглый взгляд на служанку и вновь посмотрела в окно.

– Как почивать изволили? – Будана несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь унять волнение, оставшееся после беседы со Свенельдом.

– Подойди сюда. – Княгиня поманила служанку к себе. Она положила ей руку на плечо, указывая на вид за окном.

Лучи восходящего солнца золотили свежие срубы домов горожан, обильно возникших за последние годы бурного процветания.

– Да, – согласилась девушка. – Все благодаря вашей мудрости.

Княгиня с легкой укоризной глянула на служанку.

– Не в мудрости дело. А в понимании того, что людям надо. Все очень просто. Снижение налогов и чувство защищенности – вот что влечет в Киев активных людей. Возможность сытно и спокойно жить, трудиться и добиваться успехов.

– Я ничего в этом не понимаю, госпожа. Я знаю одно: до вашего правления были сплошные войны и грабежи.

Княгиня отпустила служанку и отошла от окна. Будана не видела ее лица, но в еле уловимых интонациях голоса почувствовала раздражение.

– Жизнь нас учит. Вот и меня смерть мужа, убитого при сборе полюдья, научила не брать сколько хочешь и когда хочешь, а делать все по закону.

– Да уж, – поддакнула Будана. – Этим только дай волю. Они всех в рабство загонят.

– Ну уж ты всех-то под одну гребенку не ровняй, – княгиня строго посмотрела на служанку. – Не все так плохо. Приучились они, хоть и не без труда, подати-уроки брать в установленное время и в установленном размере. Княжеские погосты – хороший пример всем воеводам.

– Конечно, матушка, конечно, – поспешно согласилась Будана.

– Да что ты все соглашаешься! С тобой заботами делиться, как с лавкой. Опять все не так просто. Тиуны, назначенные уроки собирать, бездельничают и подворовывают.

– Так порите их, матушка, порите почаще.

– Ну тебя, бестолковую. Давай уже, чеши волосы. – Ольга села на табурет перед зеркалом. – Видел бы Игорь эту красоту. – Гордость и сожаление прозвучали в ее голосе.