Жизнь всегда в объятиях смерти

Приторно-сладкий запах дешевых духов, острый запах пота и грязного тела, запах прели в молодых волосах.

– Нам пора, – сказал я на ухо девушки.

Она ничего не ответила. Подняв голову с коленей, слезла с парапета и встала, вытирая лицо и дожидаясь меня. Секунду спустя я стоял рядом с ней. Мы взялись за руки и пошли к черневшему зеву технического выхода на крышу, через который мы оба здесь оказались, на небесах города.

– Я так и не узнал твоего имени, – голос загулял по длинным коридорам.

– Ты будешь смеяться с моего дерьмового имени.

– Ты же с моего дерьмового не смеялась.

– Меня зовут Придита.

– Ух ты!

– Я же сказала будешь смеяться. Мои родители назвали меня в честь героини одной из книг жанра фэнтези.

– Ты первая Придита в моей жизни, – улыбнулся я.

Когда мы ехали с Придитой в лифте, то говорили уже как заправские друзья, несмотря на разницу в возрасте десять лет. Я пообещал, что найду время и возможность, чтобы помочь ей и ее сестре.

Мы вынырнули из лифта, и репортеры и копы окружили меня, вырвав из объятий Придиту и уведя ее прочь.

Когда я закончил сеанс садомазохизма, под названием пресс-конференция, то помчался домой. Тогда я был женат на первой суженой – Клариссе. Клариссе больше подошло бы имя Каприз. Ей богу, такой женщины, как она я не встречал. Жаль, что не понял этого сразу после первой встречи. На то, чтобы раскусить все жизненные принципы Клариссы у меня ушло больше года совместной жизни. Кстати, разбежались мы из-за Придиты. Точнее, из-за моего первого задания.

В чем-то, быть может, Кларисса была права. Мы жили в те времена в захудалой гнилой избушке, носившей гордое имя квартиры. Естественно, ей хотелось чего-то большего. Она не желала ждать, пока я, лет за пять-десять-пятнадцать-двадцать-сто, поднимусь по карьерной гребаной лестнице. Что ж… Это ее проблемы.

Я обещал помочь Придите и ее сестре. Узнал их адрес, но меня завалили бумажной работой до такой степени, что не мог выкроить и двадцати минут. При том, что до дома Придиты ехать не меньше часа на такси, я не мог к ним вырваться около месяца.

А тем временем, моя дорогая (дорогая в прямом смысле) жена, после того, как нашла адрес Придиты у меня в кармане, принялась закатывать сцены ревности. Каждый вечер и утро.

Прошло около месяца, после того, как я познакомился с Придитой, стащив ее с парапета.