Леди с дубиной

Толпа взорвалась хохотом, матрона, побагровев, полезла на гнома с кулаками, однако мужики удержали:

– Негоже самим расправу чинить, за старостой послали, придёт и по чести рассудит.

Тем временем со стороны деревни к базарной площади приближался десяток наспех вооружённых крестьян, во главе с седовласым дядькой крепкой наружности. Рядом крутился тот самый паренёк в соломенной шляпе, что помог вспомнить былую прыть престарелой кобылке. Его обиженный голос мне удалось разобрать даже сквозь гомон толпы:

– Не пил я гномьего зелья, дядь Замар, честное слово… ох, вот же она! – Самым невежливым образом парень ткнул пальцем в мою сторону.

Шум стих. Только невозмутимый ослик неторопливо жевал невесть чем приглянувшийся ему кусок ткани. Я слегка смутилась, чувствуя на себе пристальное внимание, и, не придумав ничего лучше, картинно опустила дубину перед собой, сложив на неё руки – так делали рыцари на рисунках в моих любимых книгах.

– Здравствуйте, – после секундного замешательства произнесла я максимально любезным тоном.

Ответным приветствием стал опасливый ропот. Дядька по имени Замар поспешил со своим войском к толпе в центре площади. Дружине его надо отдать должное: мужички хоть и спали с лица, но всё же ощетинились кто чем мог, загораживая собой народ. Убедившись, что я не мчусь на них в неудержимом желании понаделать лепёшек, сельский глава сделал пару шагов вперед:

– И тебе не хворать, зачем пожаловала?

– Пообедать, – красноречие не мой конёк, когда на меня смотрит такая толпа.

– Вот! Вот! Я же говорил! – торжествующе закричал юный владелец плетёной шляпы, а мужик в кузнечном фартуке поудобнее перехватил здоровенный двуручный молот. Бедный дед Гердон, если ему эту штуку за шиворот сунули.

– Извольте обождать… – деревенский голова замялся, видимо, пытаясь подобрать подходящее слово, – сударыня.

– Изволю, – боги, да что ж с языком моим, я ж могу нормально разговаривать, а не по одному слову выдавать.

Седовласый предводитель кивнул, степенно развернулся и с заметным облегчением спешно погрузился в толпу селян, окруживших гнома. Сквозь толчею и гвалт мне никак не удавалось разобрать, что там происходит. Впрочем, один раз получилось разглядеть напряжённое лицо гнома, выражавшее решительное несогласие обладателя с происходящим.