Лысый одуванчик

– Пожалуйста, отвлекитесь от салата, – тихо попросил он. Кухарка вздрогнула. – Нам бы кофе выпить. Покрепче и со сладеньким.

– Да у меня все накрыто уже, – Кузьминична кивнула в сторону стола. – Кофе сварить или из кофемашины нацедите?

– Приготовьте в кофейнике – нас много. И чай черный заварите, на всякий случай.

– А что, ментов тоже поить будем?

– Это, Кузьминична, не менты. Это следователь и психолог. Цвет нашей полиции, можно сказать. А вы – так уничижительно…

– Тот, кто по коврам в сапогах топтался, для меня менты.

– Не сердитесь. Они свою работу делали, спозаранку, по росе.

– Ладно. Только два ковра придется в химчистку сдавать.

– Не надо. Я закажу специалистов сюда, на дом. Когда разрешат.

– А почему вы должны кого-то спрашивать?

– Наверное, не должен. Но мне не хочется, чтобы посторонние тут были лишний раз.

– Уж постарайтесь. До возвращения хозяйки…

– До возвращения хозяйки?

– Да, хозяйки этого дома. Или вы сомневаетесь, что она вернется?

– Вы, Кузьминична, меня в чем-то подозреваете?

– Кого же еще подозревать?

– А я-то думаю… что-то вы грубо со мной разговариваете… я же ваш работодатель.

– Простите, но Нина мне тоже не чужая была.

– Была?

– Что вы к словам придираетесь? Путаете меня.

– Главное, вы следователя не запутайте.

Кузьминична загремела чашками, всем своим видом показывая, что дальнейший разговор продолжать не намерена.

* * *

Вероника устроилась в кресле за ломберным столиком, оставив второе напротив себя для собеседников.

– Вероника Антоновна, разверните-ка левое крапо так, чтобы я видел наших подопечных анфас. И пожалуйста, не надо камер. Люди их чураются.

– Но мне расшифровка встречи понадобится.

– Диктофончик, а еще лучше запись в телефоне включите. Вы же хотите понять, что произошло. И собрали их, думаю, не для отчета.

– Хорошо. Только вы потом свой не затягивайте.

Вероника встала, подвинула одно из кресел, как просил психолог, и собралась было приглашать семейство на беседу, но на пороге столкнулась с Кузьминичной.

– Меня хозяин послал, – пробормотала она, не сдвинувшись с места.

– Простите, но мы не просили… – неловкость повисла в воздухе.

– Ну, отчего же? Входите, входите, – разрядил воздух Семен. – Поставьте на каминную полку, на столе нам мешать будет.