Пион

Леона попрощалась с Корнелиусом еще два часа назад, но любопытство удерживало ее в замке. Она не могла спокойно уйти, пока Катрина оставалась с графом и беседовала с ним, как с давним другом. О чем именно они говорят? Злость и любопытство душили Леону. Она не могла спокойно сидеть на месте. Раньше Корнелиус ни с кем, кроме нее, не сидел на балконе и не разговаривал так долго. Леона слышала, как на балкончике изредка раздавались смех Катрины, или сам Корнелиус до такой степени увлекался, что переходил на более громкий голос:

– И тогда он поднял над моей головой меч и сказал: "Я убью тебя!" Я набросился на него.

"Ты не получишь это невинное создание!" Рядом были его товарищи и ждали, когда схватка с их главарем кончится, он не позволял им вмешаться. Девочка кричала от страха, пока мы сражались посреди леса.

– И чем же все закончилось?

– Я победил его, а девочку возвратил королеве. Именно поэтому я теперь губернатор Лиманы – это благодарность королевы.

Как же Катрине нравился Корнелиус! Она не знала, как справиться с чувствами.

Ведь это был сам губернатор! Граф! А она? Простая цветочница.

Леона стояла за шторой и подслушивала. В конце концов, она не выдержала.

– Не пора ли молодой даме домой? Уже поздно. Вы так увлечены беседой, что не следите за временем.

Корнелиус посмотрел на Леону, затем на Катрину.

– Да, ты права. Пора, – сказал он.

Катрина встала, поклонилась графу и последовала за Леоной.

– Я все-таки принесу вам несколько луковичек королевской лилии. Вам понравится этот цветок.

Всего-то нужно немного земли и вот уже перед вами чудо, которым можно любоваться с утра до вечера.

Корнелиус улыбнулся и кивнул.

– Идемте же, – поторопила Леона Катрину и повела ее к выходу.

– Граф очень любезен, да? – сказала Катрина уже на улице. – Я его раньше видела только издалека.

Леона ничего не ответила. Она боролась с желанием напомнить Катрине об ее истинном месте.

Перейдя мост, они любезно попрощались. Леона села в карету, которая уже давно ждала у резных кованых ворот, и укатила, а Катрина перешла дорогу и скрылась за дверью своего дома, последний раз посмотрев на окна губернаторского замка.

* * *

На следующее утро Феликс вошел в спальню Корнелиуса. Граф уже проснулся и застегивал свой камзол.

– Я должен попросить у вас прощения за дерзость моего решения. Вы сказали вчера, чтобы я принес то, что хорошо было бы поставить в гостиной, но из всего сада сеньорита Катрина была наиболее подходящим цветком.