Хозяйка мертвой избушки

Маленький мужичок коленопреклонно лежал в траве, напуганно вжимая голову в землю. Тело его подрагивало.

Ту-дум, дуду-дум! Аленка обернулась. Изба выводила окнами и крыльцом зловещие рулады. Вокруг куринных ног плыли клубы тумана, да и сами ноги были расставлены так, чтобы гость мог разглядеть огромные когти, взрывающие грунт.

– Тише, Чудышко! Ты его пугаешь! – воскликнула девица. Она подскочила к мужичишке и заговорила что-то ласковое и тихое. Когда рукой коснулась его плеча, он вскрикнул и вжался еще сильнее.

– Не бойтест! Все хорошо, – мягко говорила Аленка.

Мужичок перестал дрожать и сел, уступая ее настойчивости. Тут же вскрикнул и поскакал на заду назад, панически отталкиваясь ногами. Аленка оглянулась и увидела, что изба зажгла окна красным.

– Чудышко, ну что же ты, – воскликнула девица. В голосе звучало столько укора, что изба сжалась и присела. Окна потухли, зловещая музыка совсем затихла.

– Вот.

Мужичок перестал перебирать ногами, уставился на нее. Какое-то время в распахнутых глазах плавали клочки страха, потом проступил смысл.

– Ё! – выговорил мужичишко. – Ктой-то?!

Аленка, наконец, смогла его рассмотреть. Круглолицый, рябой. Волосы торчат клочьями, словно кто-то их драл. Одет в изрядно ношеные рубаху и порты, на ногах лапти, такие же драные, как вихры.

– Не бойтесь, – повторила девица. – Вам ничего не угрожает.

Он ошарашенно лупал глазами по сторонам, взгляд то и дело останавливался на Аленке и снова сновал вокруг.

– А, это, – проговорил он, уставившись на девицу, – Яга, наша разлюбезная. Ить, где?!

Говорил отрывисто, часто облизывал губы.

– Яги нет, – пискнула Аленка. – Я за нее!

– Ты-ы?! – глаза мужичишки перестали бегать и уткнулись в девицу. Веки прищурились, он сунул согнутый палец в рот и принялся задумчиво грызть грязный ноготь. – Интересно. Интересно как.

Он поднялся, продолжая гразть палец. Аленку передернуло, фу, как противно, но она постаралась взять себя в руки. Не гоже гостя обижать. Тот между тем подступил ближе и вдруг ткнул Аленку пальцем под ребра. Тем самым, который только что с таким упоением грыз.

– Ай! Чего вы тыкаетесь! – воскликнула девица. Мужик отскочил, зажмурившись и прикрываясь руками. Походило на то, что он ожидает за свою дерзость молнии, не меньше.

Изба грозно скрипнула и придвинулась.