Девушка без имени

– Вы не такой, – наконец промолвила Алита.

– И вы не такая, – глухо сказал Лефевр, понимая, что девушку нужно выпустить, но ему хотелось продлить это странное объятие хотя бы на несколько мгновений.

– Я вас очень обидела тогда, Огюст-Эжен, – прошептала Алита. Теперь она смотрела ему в глаза, и в ее взгляде не было ни страха, ни брезгливости, лишь непритворное понимание и сожаление. – Если можете, то… простите меня. Я не должна была так поступать. И вы… вы не урод.

Сейчас от девушки веяло тем непритворным живым теплом, которое Лефевр давно уже не искал в людях. «Не пытаться принимать благодарность и искренность за любовь», – напомнил он себе и отступил от Алиты.

– Здесь прохладно, – сказал он. – Наденьте что-нибудь, я не хочу, чтобы вы простудились.

Алита скользнула к шкафу с одеждой, а Лефевр опустился на кровать и принялся застегивать рубашку. В комнате действительно было свежо: должно быть, для того, чтобы девица и гость поспешили согреть друг друга в объятиях.

Или ему просто показалось?

– Отвернитесь, – попросила Алита.

Лефевр мысленно усмехнулся: казалось бы, чего он там не видел? – но послушно отвернулся и несколько минут слушал шорох одежды и тихие сердитые восклицания Алиты, ругавшей все эти завязки и крючки.

Наконец она отошла от шкафа, села рядом с Лефевром и сказала:

– Простите меня, Огюст-Эжен.

– Да, я действительно был оскорблен до глубины души, – признался Лефевр.

Алита шмыгнула носом: сейчас она в самом деле испытывала муки совести.

Острый язычок запонки никак не хотел пролезать в петлю манжеты. Алита протянула руку, забрала запонку и аккуратно застегнула ее. Лефевр благодарно кивнул. Было в этом что-то почти семейное – впрочем, он сразу же одернул себя, запретив так думать.

– Как вы меня нашли? – спросила Алита, взяв вторую запонку.

– Я отправил человека проследить за вами и мягко направить, куда нужно, – сказал Лефевр. – Случись что по дороге, он бы вас защитил. А когда вы попали сюда, я вздохнул с облегчением. Знаю мадам Бьотту уже больше двадцати лет, она ежедневно докладывала мне о том, как ваши дела, – он сделал паузу и добавил: – В городе неспокойно. Я ни за что не отпустил бы вас просто так, в никуда.