Рисовальщица пионов

– Игорь, ты же позавчера был в «Дурдине»!

– И что? У меня какие-то ограничения?

– А как же мы? – говорила я то, что чувствовала.

– А что с вами?

– Мы же дома.

– Ну и хорошо, ложитесь спать.

Что тут скажешь? Я не могла выразить свое недоумение и жалобу иначе, кроме как вопросом «А как же мы?» Говорить Игорю, что, по сути, он бросает нас, что ему интереснее не с нами, мне казалось резким, провоцирующим конфликт.

– Март, собери мне вещи, я поеду на выходные к Олегу на дачу, попариться зовет.

– Игорь, ты снова от нас уезжаешь?

– А что? Надо в магазин? Вчера же ездил, все привез.

– Не надо.

– Тогда зачем я нужен?

– Как зачем?

– Я и спрашиваю, зачем?

– Просто так, с нами побыть, – я понимала, что звучит это глупо, но терялась и не знала, как иначе выразить свои чувства.

– Завтра приеду и побуду с вами, какие проблемы?

Найдется ли женщина, которую не удивит, не огорчит, не обидит, не заденет такое поведение мужа, любимого мужчины, отца ребенка? Меня оторопь брала от того, что Игорь, словно не видит сына в своей жизни, что появление ребенка не повлияло на него, что у него не возникает желания понянчить малыша, провести с ним время, подержать на руках, поспешить домой.

– Ты любишь Геру? – спрашивала я, снова понимая, что это глупо.

– Ну да, конечно. Леша сегодня зовет к себе на шашлыки, сказал, что купил австралийскую баранину, бакинские помидоры и молодой чеснок. Просил заехать по пути за лавашами, чтобы горячие были.

– Просил заехать? То есть ты согласился?

Игорь пожимал плечами, мол, само собой, почему нет.

–А я?

– Поехали! Мы же всегда вместе ездили!

– Ребенка с собой?

Игорь скисал, вздыхал, прятал глаза. В интересной жизни семья стала помехой, обузой и докукой.

– Что теперь, не ехать, что ли? Они же лавашей ждут.

– Разберутся с лавашами, – начинала нажимать я.

– Как-то некрасиво получается.

– Все прекрасно знают, что у нас маленький ребенок, и мы себе не принадлежим.

– Не, ну я же мог бы поехать.

– У тебя ребенок.

– Ты же с ним сидишь.

– Ты посиди, наверное, ты весь день всей душой скучал по нему и рвался домой.

– А ты что будешь делать?

– Ничего, в ванне полежу.