Улыбка Адикии

Улыбка Адикии

Ксения Славур

Старшеклассники Олька и Руслан любят друг друга, но любовь доставляет им больше огорчений, чем радостей – увы, они совсем не Ромео и Джульетта, не наивны и не романтичны. Разные по натурам и мировоззрению, они желают оставаться верными себе и упорствуют в ожидании уступок от другого, что приводит к прекращению отношений, но не чувств. В студенчестве они вновь встречаются и отдаются страсти, многие годы зревшей в них. Они счастливы, но их счастливый полет обрывается самым грубым и непоправимым образом волей совершенно постореннего для них человека, который посторонним себя совсем не считает.

Ксения Славур

Улыбка Адикии

Часть I

В удивительно чистой, светлой и уютной комнате за столом перед распахнутым окном сидела девочка. Ее свежее и румяное личико на фоне бледно-розовых обоев выглядело так же очаровательно и нежно, как цветы герани, стоявшей тут же на столе. Умиление, которое возникало у всякого, кто впервые видел ее, всегда сменялось удивлением, стоило только встретиться с девочкой глазами – для четырнадцати лет взгляд у нее был неожиданно осознанным.

Откинувшись на спинку стула она раскачивалась на его задних ножках, придерживалась руками за стол, задумчиво смотрела вдаль и грызла карандаш. Делать уроки ей совсем не хотелось, ее отвлекала приятность бытия – по крайней мере, она сама так говорила – и она эту приятность с удовольствием впитывала.

Теплый весенний ветерок чуть шевелил накрахмаленные, еще бабушкины, кружевные занавески, раздвинутые по бокам окна, и приятно касался Олькиных щек.

В комнату вливался аромат цветущей вдоль стены дома сирени, и девочка по-кошачьи жмурилась и водила головой, с наслаждением вбирая в себя воздух.

Окно выходило на улицу, отгороженную от дома красивым палисадником с пестрой клумбой и затейливым невысоким заборчиком. За заборчиком был тротуар, мощенный брусчаткой лет сто пятьдесят назад, одинаковый для всех трех улиц и переулков старой части городка. Затем красовался ряд высоких тополей, про которые отец говорил, что они посажены руками школьников тридцать лет назад, и лично он сажал эти, возле их дома.

Потом шла дорога, на которой не так давно из асфальта уложили лежачих полицейских такой ширины, что, оберегая днище автомобилей, водители переезжали их наискосок. С другой стороны улицы на девочку смотрели так же распахнутые окна соседских домов с непременными палисадниками и заборчиками, тоже отделенные от дороги тополями и тротуаром.