Любовь на Навьем перекрестке

Мало ли, какое зло я тут случайно выпустила.

– Это ж надо! В первый же день! – стонала я, понимая, что неприятности решили атаковать меня все и сразу. – Точно тот ларец? Может, не он?

И тут в мрачной тишине послышалось странное мычание. У меня поджилки затряслись от такого зловещего «мммм!».

– Я …. Ммм…. Ушел… – послышался голос, от которого мне стало совсем нехорошо. Настолько, что я покачнулась. – Я… ммм… ушел…

– Эй, хозяйка! Ты там скоро! А то царь-батюшка старшому и среднему сын царство передаст! Он еще тот «передаст»! Он может! – нетерпеливо скрипел сапогами гость на улице.

– Не ешь… спою! – слышался голос после страшной паузы. Он был то здесь, то там!

– Ладно, – выдохнула я, опасливо сжимая нервы в кулак. – Потом разберусь!

Устремившись к выходу я, увидела царевича, который лук проверял.

– Вот, – улыбнулась я, протягивая яблоко.

– А че червивое? – спросил он, глядя на яблочко. Только сейчас при свете я заметила, что оно с червячком.

– Эм… – помялась я, вспоминая кота и «испытательные срок».

– Ну, тады добро! – усмехнулся молодец, подбрасывая яблоко на руке. – Сколько я тебе должен за яблочко?

– Эм… – замялась я, понимая, что прейскурант мне не выдали. – Мешок золота, большой!

Пока я буду пересчитывать, кот появится. Вот пусть и разбирается с клиентом. Нет, мало того, что ничему не учил, так еще и сразу на фронт работ бросил.

Мне в руки выручили гремящий мешок.

– Стоять! – напряглась я, развязывая мешок. И, правда! Золото! – Сейчас пересчитывать будем! А то мало ли!

– Ты быстрее, хозяйка! У меня там отец помирает! – нервничал царевич, расхаживая по полянке.

– Десять, одиннадцать, – считала я, краем глаза следя за тем, не появился ли кот. – Двенадцать…

Кота все не было. Дуб шелестел, травы шуршали, нетерпеливые сапоги скрипели рядом, наворачивая вокруг меня круги.

– А если не поспею? – скрипел сапогами царевич.

– Поспеете, не переживайте! Только тут не хватает, – честно посмотрела я на царевича. – Маленького мешочка!

Нет, ну должна же я иметь свой процентик? А то про зарплату ни слова!

– Раскусила, значит. Эх! – усмехнулся царевич, сетуя на то, что с нечистью в последний раз связывается. – Вот все видит!

Эм! Так я же наобум сказала! Ну, я очень не против. Добрый молодец достал мешочек и бросил мне.